Культурная революция начинается с остановки суеты. Ресторан «Наше всё» открывается в Магнитогорске
-8°
Сообщить новость
11.11.2009 05:37

Культурная революция начинается с остановки суеты. Ресторан «Наше всё» открывается в Магнитогорске

В большом городе всегда стремительный ритм, в котором почти невозможно сохранить ощущение внутреннего покоя. Потоки людей и машин, а самое главное - вихрь информации, зачастую ненужной, вовлекают человека в бесконечный водоворот событий.

Рейтинг: 1 5.0/5.0
Рубрика: Общество
Культурная революция начинается с остановки суеты. Ресторан «Наше всё» открывается в Магнитогорске Павел Рабин, ресторатор-революционер

Бизнесмены и политики, торговцы и юристы, журналисты и прочие лица свободных профессий, да практически все мы не представляем себе иного – жизни, направленной не во внешний мир, а внутрь себя. Понимание того, что действительно ценно, приходит редко. В лучшем случае в моменты спокойного отдыха в отпуске. В худшем – на смертном одре. Как же остановить эту бессмысленную суету?

Не знаю, как именно рассуждал Павел Рабин, замышляя свой новый культурный проект. Он человек во многом для меня непостижимый. Но вот вам факты. Два года назад ему предложили взять в аренду недостроенное помещение столовой драматического театра имени Пушкина в Магнитогорске. А сегодня на этом месте ресторация традиционной русской кухни (чуть ли не единственная на всю Россию). И название, мягко говоря, нескромное – «Наше всё». Кого-то такое сочетание литературы и гастрономии шокирует. А ресторатор не устаёт рассказывать, как рождалась идея. И почему так важно возродить национальные культурные традиции. Возможно, он прав. И ничего искусственного в сочетании хорошей литературы и хорошего обеда нет. Смотря как всё это преподнести.


Отталкиваясь от традиции

Когда заранее наслышан о необычном заведении, сюрприз получается не в полной мере. По дороге в Магнитогорск я пытался представить себе то, что увижу. Получалось смешно и странно. Воображение рисовало одноэтажное помещение трактира, полусумрачного, душного и шумного, с массой разных запахов, не всегда приятных. Эти фантазии навеяли, видимо, старые советские кинофильмы. В настоящем трактире в силу возраста я просто не мог побывать. Киношники, судя по всему, не были там тоже.
На самом деле всё выглядело, конечно, по-другому. Среди типичного городского пейзажа Магнитогорска здание ресторации не выделялось. Лишь когда машина подъехала вплотную, обратил внимание на вывеску на стеклянных дверях вполне современной входной группы. Ресторация «Наше всё» - скорее всё-таки современное представление о старой России, чем воплощение осколка того времени. В трёхэтажном здании столовой драматического театра создана, надо признать, необычная атмосфера. Старые традиции и современность идут здесь рука об руку.
Это заметно в дизайне, цветовой гамме, общем стиле отношения к клиенту. Подчёркнутая вежливость и внимание к гостю, но никакого лакейства. Ароматы русской кухни встречают с порога, но ничего грубого и резкого в них нет. Запахи скорее домашние, очень тёплые и приятные. А общая обстановка… С одной стороны, я видел ещё незаконченный вариант, за три недели до первого официального званого обеда. Однако замысел уже обрёл свои чёткие ориентиры. Первый этаж ещё в чём-то похож на типичный ресторан. А в чём-то уже и нет. На витрине - фирменная выпечка. На самом верху витрины - настоящий круглый русский каравай с тестяными узорами.


Каравай — круглый или прямоугольный сладкий дрожжевой хлеб. На Руси каравай обычно готовили на свадьбы. Караваи украшаются сложными узорами и веточками калины, которой с языческих времен приписывают мистические свойства. Каравай считался символом счастья, достатка и изобилия. Его выносили, встречая гостей, на рушнике — расшитом полотенце. Каравай делают многослойным. Верхушку обычно отдают молодым, среднюю часть — гостям, а низ, в который часто запекали монеты, — музыкантам. Вместе с кусочком каравая молодые как бы делились с гостями своим счастьем.


На втором этаже ресторации – обеденная зона с роялем. Небольшая и комфортная. Здесь, по всей видимости, будут обедать семьи, близкие друзья. Всего я насчитал в зале семь столиков. Окончательно их будет, кажется, десять. Третий этаж самый главный. Здесь располагаются банкетный зал, сцена, большие окна. Рабочие еще продолжали устранять недоделки. Но бросалось в глаза, что зал переполнен дневным светом. Изюминка же здесь – стена напротив окна. Она вся от пола до потолка представляет собой ...картину по мотивам известного полотна австрийского художника Г.Климта. Многие персонажи в характерных костюмах давно ушедшей эпохи, но при этом узнаваемы нынешними жителями Магнитогорска и Челябинска. Некоторые даже слишком узнаваемы. Именно в этой обстановке и будут проходить званые обеды! А по ночам в этом зале будут играть в карты. По старой русской традиции, которой следовали, конечно, более зажиточные люди. И сегодня карточные игры – также удел состоятельных людей.
Традиции - здесь ключевое слово. Ресторация воплощает собой многое из эпохи 200-летней давности. Но она, как уже говорилось, встроена в современную реальность, современную речь, современное мироощущение. Рояль, допускаю, два столетия назад был если не точно таким, то очень похожим. Романс, который я услышал, подошёл бы для любой эпохи. Датчики температуры на русской печи выдают её юный возраст. Хотя сама печь построена в чётком соответствии с древней технологией. И топится, как и положено, берёзовыми дровами. Горшки, ухват, другая традиционная утварь - основной арсенал поваров. Корзинки для хлеба сделаны… из хлеба! Всё это интересно и необычно. Но в то же время нет ощущения, что на дворе XIX век.


Революционным путём

Если кто-то думает, что русская кухня была утрачена только за годы Советской власти, то он ошибается. Уже после начала петровских реформ западноевропейские кулинарные традиции стали вытеснять традиции русские. В XIX веке в России говорили об этом с огромной тревогой. В ХХ веке проблема усугубилась. Казалось, процесс необратим. И он действительно будет необратим, если пытаться возродить традицию русской кухни, не используя при этом русскую печь. Это только кажется, что всё просто. Между тем для начала нужно печь правильно построить. А потом растопить её березовыми поленьями, ухватом поставить в горнило чугунок с варевом… Дальше переходить к найденным рецептам. Не все из них стоит повторять в чистом виде.
Рабин называет свой проект «революцией форматов». В том смысле, что русская печь (которую в профессиональной кухне сегодня практически нигде не используют ни в России, ни в мире) меняет полностью весь подход к обслуживанию клиента, желающего пообедать. О русской печи ресторатор может говорить бесконечно. О том, что это уникальный агрегат, позволяющий получать блюда особенного качества. О принципе нисходящего тепла (один раз вытопленная печь медленно остывает, пропитывая теплом находящиеся в ней продукты). Действительно, этот способ приготовления не имеет аналогов. На электроплите или в духовом шкафу не получится такого результата, который даст русская печь, как ни старайся.


Посетитель «Нашего всего» получает кушанья свежеприготовленными и имеет возможность запросить любой понравившийся ему кусок или отказаться от него. Повар готовит, не применяя замороженных полуфабрикатов, не занимается украшательством порций. Всё внимание именно качеству блюда. Вот в чём «революция формата». Сам «революционер» отмечает: «К нам люди уже сейчас приходят, не поесть, а именно обедать».


Каждый ресторан наряду с качеством еды и обслуживания, комфортом и чистотой должен быть уникален. Иначе какой смысл посетителю приходить именно сюда? Вы, кстати, знаете, что такое a la carte? Некий единый формат общения ресторанов с посетителями по всему миру. Неважно, на каком ты континенте находишься, везде одно и то же. Посетитель любого ресторана, садясь за столик, открывает меню. Оформляют их по-разному. Но общее в них – значительный объём (нередко меню на десятки страниц), но всё равно слабое понимание посетителем того, что именно ему принесут. Это дома на кухне он видит своими глазами, как и из чего супруга готовит ему блюда. Или же готовит сам. А в ресторане мы видим зачастую названия блюд на английском, французском, итальянском языках. Но даже если всё написано на родном языке, часто ли мы можем понять, чем нас собираются накормить? Картинки рядом с названием блюда ясности не добавляют.

Вот она, традиционная русская кухня
После некоторых раздумий посетитель зачастую обращается за помощью к официанту: «Принеси что-нибудь покушать». Через 30 - 40 минут, иногда через час официант приносит посетителю тарелку с этим «чем-нибудь». Гость проглатывает принесённое. Если он не гурман, то вряд ли задумается, что же такое он съел. Но качественное блюдо за 40 минут приготовить невозможно.
Готовка второпях из замороженных полуфабрикатов, давно утративших исходные полезные свойства, на выходе даёт тоже своего рода суррогат. Сейчас модно ругать рестораны «МакДональдс», но так ли уж отличаются от него по качеству приготовления блюд другие заведения современного общепита? Диетологи говорят: «Мы представляем собой то, что мы едим». Даже не хочется думать, что же мы в таком случае собой представляем. Мы вообще о многом не задумываемся, когда крутимся в рамках однажды заданной схемы между работой и домом. Не отдавая отчёта в том, что едим, какую воду пьём, каким воздухом дышим, вообще, как живём и зачем.
А разве может быть иначе? Оказывается, может. И качественно питаться - это только полдела. Ресторация «Наше всё» поставила себе трудноразрешимую задачу – вырвать человека из современной суеты и дать ему возможность ощутить полноценный вкус жизни (во всех смыслах).

Меню здесь нет. Зато известно, в какое время будет готово в печи то или иное блюдо. Хотите именно его отведать – приходите в назначенное время. Блюдо, убеждён ресторатор, должно подаваться только свежим, а не разогретым, как это практикуется и в фаст-фудах, и в ресторанах. В ресторации «Наше всё» есть время горячего хлеба, есть время щей и бараньего бока. Холодные блюда и часть десертов, конечно же, подают в «обычном формате». Но главная составляющая обеда – то, что приготовлено в русской печи.

Я не читал таких книг, как «Роспись царским кушаньям» (1613 год), «Юрма, а в ней 120 частей боранины, плеча и бока», «На блюдо сандриков, а в них три части» или «На блюдо ухи карасевые, а в ней карась жив, полчюмича пшена русского». Это всё-таки, согласитесь, нужно знать профессионалам. А посетителя пусть греет уже одна только мысль, что рецепты вторых блюд в этой ресторации восстановлены по кулинарным книгам И.Радецкого, Е.Авдеевой, Е.Молоховец, а также другим источникам 150 – 200-летней давности. Где ещё есть такое?

Обеды обычные и званые

Что касается обычных обедов (если есть время и деньги), сюда можно приходить хоть ежедневно. Но главное в ресторации - обеды званые. Восстанавливать русский стиль здесь планируют, начиная именно с великосветских застолий, званых обедов, описанных в своё время иностранными путешественниками. Ресторатор так описывает это в своём блоге, что слюнки текут: «Когда столы ломятся от яств, подаются вкуснейшие ягодные квасы и наливки, от которых не оторвёшься.
Такое русское застолье имело неповторимый стиль, создавало национальный колорит России. Не случайно Франция позаимствовала русский стиль великосветской подачи блюд, признав его идеальным для гурманов». Вот и автор нашего проекта прямо говорит о том, что будет кормить… иностранных гостей. Иностранцу же в России вряд ли будет интересен «греческий» салат или «итальянская» пицца. Немцу на Южном Урале вряд ли захочется есть то же, что и у себя на родине. Русская кухня – другое дело.
Одна беда: на Урал иностранцы приезжают пока в небольшом количестве. Но кроме иноземцев есть ещё жители столиц, приезжие из других регионов страны. Что же касается местного населения… При высоком темпе жизни бизнес-ланч в обычном ресторане или фаст-фуде – востребованная система в общепите. А теперь нам предлагают совсем иной уровень обслуживания.
И в отношении затрачиваемого на обед времени (около трёх часов!), и в отношении цен (не менее полутора тысяч рублей). Когда и время, и деньги в дефиците, ресторан «Наше всё» идёт, можно сказать, вопреки всему этому. Обед начинается с первых блюд. Выносят щи суточные в горшочках и гречневую кашу, а затем первое горячее блюдо… Что, уже разгорелся аппетит?

Званые обеды
Первый званый обед в ресторации «Наше всё» состоялся 31 октября и был посвящён… 200-летию Николая Васильевича Гоголя. В качестве основы сценария для обеда был взят факт сожжения Гоголем первой поэмы «Ганц Кюхельгартен», которую он написал и издал в 20-летнем возрасте. Даже базовое меню составили по произведениям Гоголя. Странно? Как посмотреть! Каждый гость уходя получил в подарок специально изданную к юбилею писателя книгу с текстами двух сгоревших поэм Гоголя. Самой первой, про которую мало кто слышал. И последней - вторым томом «Мёртвых душ».


В чём национальные особенности

Настоящая русская кухня прошла тысячелетний путь развития. Когда-то иностранцы отмечали, что русский стол – богатейший в мире, даже у простонародья. Блюда русской кухни не требовали экзотических ингредиентов, но чтобы приготовить вкусное кушанье, требовался немалый опыт. Основными продуктами на Руси были репа, капуста, редька, огурцы, фрукты, ягоды, грибы, рыба. Изобилие злаков - ржи, пшеницы, овса, проса, гороха, чечевицы – позволяло готовить множество сортов хлеба, блинов, каш, квасов.
Большое влияние на русскую кухню с давних времён оказывала церковь. Более половины дней в году считались постными, когда многие продукты были запрещены. Во многом поэтому в русской национальной кухне преобладают кушанья из зерна, овощей, лесных ягод и трав, грибные и рыбные блюда. Овощи едят не только в сыром виде, но и варёными, пареными, печёными, квашеными, солёными, мочёными и маринованными. А вот мясо вообще не считали за еду.
Помню, в армии у нас зашёл однажды спор о том, какая национальная кухня лучше. И я, к стыду своему, не знал, что же можно доброго сказать про русскую кухню, про её особенности и разнообразие. У нас в семье гастрономические изыски были редкостью. Даже пироги случались нечасто. Основу семейной кухни составляли овощные салаты, каши, борщи, макароны, картошка, мясо, курица, пельмени, иногда - рыба, блины. Весьма сумбурный набор. А вот армейские сослуживцы других национальностей - узбеки, таджики, армяне - свои национальные кухни знали отлично и козыряли этим знанием вовсю. Кое-чем успели угостить уже в то время. Помню небольшие кусочки мяса, завёрнутые в какую-то зелень. Все это готовилось, понятно, ночью.
Сегодня вдвойне приятно осознавать всё богатство и неповторимость русской кухни. От блинов до калачей. От пирогов с разными начинками до щей и каши. И пусть не ворчат басурмане. Наша каша тоже может быть знаменитой.
Каша графа Гурьева была создана на основе обычной манной каши. Приготовлена на подслащенном молоке с добавлением сливочных пенок, грецких орехов, изюма и других сухофруктов. Каша вошла в «Золотую книгу рецептов». Началось всё с того, что министр финансов и член Государственного совета России граф Дмитрий Александрович Гурьев побывал на обеде у отставного майора оренбургского драгунского полка Юрисовского. Там была подана удивительно вкусная каша. Граф Гурьев так восхитился десертом, что упросил хозяина продать ему повара - крепостного Захара Кузьмина вместе с семьёй. Граф был истинным гурманом. И после выкупа Кузьмина угощал этой кашей всех гостей, сделав её визитной карточкой своего дома.


Большие сомнения


Многие, с кем я обсуждал реализующийся в Магнитогорске замысел, относятся к сути проекта с некоторым недоверием. От промышленников до журналистов. Неудивительно: всякое новое по традиции встречается в наших краях в штыки. Да и уж больно мудрёно завернул на сей раз Павел Рабин. Его ранее знали, конечно, как концептуального человека. Ресторатора, создавшего в Челябинске ресторан «Робин-Бобин» с первой в городе турецкой кухней. Знатока и мецената современного искусства, поклонника творчества неоднозначных фигур. Таких, как художник Олег Кулик. Ещё у Рабина прочная репутация путешественника, видевшего, между прочим, Тибет с нескольких сторон. И спешащего нынче рассказать России, что, увы, пора учить китайский, ибо тихого, но мощного нашествия нам не миновать. После Китая Рабин-путешественник взял курс на Латинскую Америку. А о новых его поездках мы, возможно, узнаем в будущем году. В данном случае многогранная и яркая личность озаботилась возрождением национальных традиций. Поездки по разным городам и странам лишь укрепили веру инициатора проекта в точности выбранного направления.
Однако классический большой обеденный сценарий сегодня возродить будет вряд ли возможно. Это в XIX веке такой обед (опять же в определённой среде, видимо дворянской) основан был на глубоких и серьёзных беседах, на слушании прекрасной музыки, на состязании в остроумии и любознательности. Не случайно создатель ресторации приводит в пример обеды в домах генералов и сенаторов. И хотя генералов в России нынче немало, они вряд ли составят костяк посетителей ресторации. Уже у купцов стиль жизни был более деловым и прагматичным.
Сегодняшние последователи купцов время ценят ещё больше. Если же говорить о крестьянах (подавляющем большинстве населения царской России), то они вставали ни свет ни заря и поздно ложились. Им уж точно было не до званых обедов и в прежнее время. Знаю это наверняка, поскольку мои предки крестьяне. И хотя были они людьми зажиточными, праздничные обеды могли устраивать нечасто. Больше по случаю свадеб да важнейших праздников.
Уже во второй половине позапрошлого века в России в целом стал ощущаться дефицит времени, когда ежедневная деловая жизнь вымещала и выдавливала из быта долгий спокойный обед. То есть уже 150 лет назад проблема дефицита времени, выделенного под обед, стала актуальной. А нынче время течёт куда быстрее. Таким образом риски предприятия «Наше всё» велики, но культурная задача очень интересна.
Я бы поспорил с тезисом инициатора проекта о том, что теперь, мол, «появилась ежедневная возможность для каждого приобщиться к утраченной и вытесненной из нашей жизни технологии, которая ничем не заменима». Конечно, эта возможность далеко не для каждого. Знакомый директор крупного предприятия в Челябинске, очень хорошо зарабатывающий, услышав цену - полторы тысячи за обед, - присвистнул. В этом смысле ресторации, на мой взгляд, предстоит более чётко позиционироваться. Время от времени здесь могут бывать многие. Но не каждый же день. Да и в силу сравнительно небольшого числа столиков на ежедневный охват большого числа посетителей ставка не делается. Более реально сформировать вокруг уникального заведения свою среду посетителей, для которой в равной степени важны культура принятия пищи и культура духовная. В конце концов проект нацелен, по признанию организатора этого праздника жизни, именно на остановку суеты.
Сомнения остаются. В том числе и по ключевым моментам. Когда организаторы проекта говорят, что пространство обеда расширяется (это, мол, и место для танцев, и для карточных игр, и для разговоров, и для театрального представления), хочется предложить просто посмотреть вокруг. Много ли найдётся у нас умеющих танцевать классические танцы (или танцы могут быть любыми?)… А о каких карточных играх речь? Если классических, то опять же круг резко сужается.
А уж говорить о том, что обед растягивается во времени, плавно переходя в ужин, и для желающих завершается завтраком – такое развитие событий я допускаю, лишь если дело касается аудитории, почти сплошь состоящей из наследников больших состояний, ведущих откровенно праздный образ жизни. Но таким чаще всего не до поддержания культурных традиций.
В фильме «Особенности национальной охоты» чувствуются русское раздолье, желание ощутить жизнь в полной мере. Но представить эту аудиторию на великосветском обеде можно с трудом. Как вариант - в рамках новогоднего праздника, который проводят, понятно, один раз в году. Кстати, в том фильме был один генерал.
Много вопросов… Взять ту же глубинную цель проекта - остановить ежедневную суету, заставить обратиться к важнейшим вопросам существования, задумываться о смысле жизни. Но сами посудите, много ли вы надумаете о смысле своего существования под поросёнка с хреном? Тут уж что-нибудь одно: или поросёнок, или размышления о смысле жизни. Которые куда уместнее вести в одиночку, чем в большой компании. А вот о судьбах России, например, на званом обеде говорить уместно. Тут стоит согласиться с предложенным форматом.
Отдавая должное смелости Павла Рабина, пытаюсь себе представить, как это будет происходить. Итак, начался званый обед. Гостей по плану встречают, угощают наливочками, знакомят друг с другом. Потом приглашают за стол, приносят кушанья «с пылу с жару». Потом наступает первый перерыв. Кто-то может сыграть на рояле или спеть, кто-то расскажет запомнившуюся историю, кто-то сорвёт куш в карточной игре. Идиллия - да и только!
Но насколько наши люди смогут сами себя вписать в такой сценарий? Насколько смогут соблюсти правила игры? Тут же масса нюансов. Дело даже не в непривычности театральной атмосферы в здании ресторана. Комфорт общения возникает далеко не только в силу чёткого следования традициям или продуманного до мелочей сценария. Не менее важно, на мой взгляд, собрать аудиторию, в которой люди психологически подходили бы друг другу. А вот это самое сложное. Поскольку многие только на званом обеде впервые увидят друг друга.
Очень многое зависит от ассортимента блюд. Здесь тоже есть современные веяния (в том числе связанные с употреблением здоровой пищи). Если вы привыкли питаться овощными блюдами или просто свежими овощами и для вас не слишком важны национальные традиции, то вы вполне можете без ущерба для здоровья не тратить уйму времени и денег на приготовление еды. Что такое здоровая пища, всяк понимает по-своему. И тот же кислый вкус годится не для каждого.
Особенно в условиях того самого современного ритма жизни и плохой экологии. Да и выпечка, как принято считать, гарантирует полноту. А без выпечки нет национальной русской кухни. Значит, у проекта при всей его логичной сути будут серьёзные ограничения, сдерживающие приток части посетителей, которые платёжеспособны, но которым именно такое меню может банально не подойти в силу разных причин.
Есть ещё вопрос по поводу «смешения жанров». О какой именно русской кухне идёт речь? Если о дворянской, то это одно. Если о купеческой, то это, скорее всего, что-то другое. А крестьянский быт был на порядок проще остальных и напрочь лишён такой торжественной составляющей, как великосветские обеды. В общем, правильность «революционного формата» оценит время. То, что в Магнитогорске в силу молодого возраста города не было раньше никакой знати, не было великосветского общества, как раз не самая большая беда. Современная знать уже формируется.


Новая надежда

Магия и сила полузабытой традиции велики. Потребители у необычного предложения уже есть. Прежде всего организаторы корпоративных праздников и свадеб – как из Магнитогорска, так и из Челябинска (работа на выезд началась почти одновременно с открытием ресторации). У этой категории заказчиков есть и время, и достаточные деньги. Новый ресторан, как легко можно понять, не планирует конвейерного обслуживания сотен посетителей за день. А значит, предложение будет востребовано.
Званый обед – это, как любит говорить Рабин, долгое действие. На что же это похоже? Может быть, на привычный нам… банкет? Банкеты собирают нынче многие слои населения. Даже в кризис. То, что в царской России было доступно лишь сливкам общества, в той или иной форме сегодня доступно многим. Осталось приложить усилия и вернуть утраченные традиции.

НАШЕ ВСЕ, ресторан традиционной русской кухни
Чтобы от банальной пьянки, в которую превращаются многие современные банкеты, мы смогли наконец уйти к более пристойной форме общения. Однако тут тоже всё непросто. По этому поводу ресторатор немедленно возражает: званый обед – это не банкет, а спектакль, игра, культурное действо. Хотя он от этого не перестаёт быть обедом - только парадным.
Когда-то во всяком великосветском обеде была своя тема для разговоров, своё особое интеллектуальное блюдо. Был действительно и свой театр в постановке этих обедов. Создавалась атмосфера, которую трудно создать сегодня в условиях абсолютно не располагающей к этому окружающей среды. Однако, как мы уже выясняли, этот проект во многом создаётся вопреки современным тенденциям. Воплощая в этом отчасти характер революционера-ресторатора, который часто делал то, чего до него не делал никто.
Мне кажется, любой человек, побывав в ресторации «Наше всё» и испытав на себе по максимуму весь арсенал кулинарных и культурных задумок создателей проекта, может получить сильнейший культурный шок. Как тот филолог из Москвы.

Шок во многом приятный, но способный выбить из колеи. Традиционные блюда русской кухни, приготовленные в русской печи, закуски, соленья по старинным технологиям. Подаются уникальные настойки. Накрывается стол к чаепитию «по правилам». Как это отразится на человеке, не привыкшем к подобному празднику души?

Станет ли он посетителем ресторации или просто сохранит яркое воспоминание, не планируя потом сюда вернуться? За дверями ресторации идёт совсем другая, не великосветская жизнь. Нервная и напряжённая. Покой нам только снится. Актуально, увы, другое: кризисы, безработица, банкротства предприятий, плохая экология, самоуправство властей, проблемы со здоровьем родных. Правда, всё это было и 200 лет назад. Но традиции сохранялись!
Есть ощущение, что инициатор проекта «Наше всё» во многом опережает время. Возвращая старые традиции, опережает время - именно так. Уверен, мы ещё вернёмся к пониманию того, что для нас по-настоящему ценно и важно. Но после десятилетий разрушения древней истории России, её тысячелетних традиций, после того как целенаправленно уничтожали наши корни, очень трудно возрождать. Много лет физически снимали слой за слоем самое лучшее, что было в российском народе.
Это не могло остаться без последствий. Нам потребуется немало времени, чтобы понять: вернуться к культурным истокам жизненно необходимо. Пока история государства, его духовно-культурное наследие, старые национальные традиции для нас лишь расплывчатые абстракции. Мы мало знаем или не знаем вовсе, кто были наши прадеды. Многие уже вроде бы и не хотят этого знать. ХХ век, перемоловший нацию, настолько сильно разорвал связь поколений, что восстанавливать её придётся очень и очень долго.
Пытаясь разобраться в возникших сомнениях, вдруг подумал, что возвращение к старым традициям в данной трактовке удивительно хорошо накладывается на известный маркетинговый принцип. Когда от обычного удовлетворения потребностей пионер того или иного рынка переходит к формированию потребностей. Ещё вчера мы не знали, что нам это нужно. Но теперь увидели, как это может быть. И многие уже по достоинству оценили. Как знать, возможно, завтра мы уже не сможем без этого жить...

Популярное
Лента новостей

Нашли опечатку?