Театр НХТ о чуде и Боге
+8°
Сообщить новость
19.11.2009 11:31

Театр НХТ о чуде и Боге

На днях труппа Нового художественного театра (НХТ) вернулась из Старой Руссы, где на XII международном фестивале камерных спектаклей по произведениям Ф.М. Достоевского взяла приз «За лучшую режиссуру».

Рейтинг: 1 5.0/5.0
Рубрика: Культура
Театр НХТ о чуде и Боге

Но почивать на лаврах актёрам не пришлось – сразу после приезда ребятам предстояло сыграть премьерный спектакль «Панночка» по Гоголю. О победах, открытиях и служении театру - этот материал.

Достоевский сплотил театр

На фестиваль по Достоевскому в Старой Руссе, на родине писателя, труппа НХТ ездила впервые. Возили спектакль «Бесы. Сценический опыт. Часть 2-я». Поездка началась сразу с чуда: в Москве на экскурсии по дому-музею Станиславского ребятам удалось подержаться за ручку кованой двери из декорации к спектаклю «Скупой рыцарь». По актёрскому преданию, тем, кто до неё дотронется, будет сопутствовать удача в театре.

В Старой Руссе было представлено семь театров (из Вологды, Улан-Удэ, Пскова, Москвы…), лауреатами стали три: две номинации забрал Новый драматический театр из Москвы – лучший спектакль и лучшая мужская роль, Камерный драматический театр Вологды получил приз за главную женскую роль. НХТ взял приз за лучшую режиссуру.

- Приз общий, - уточняет режиссёр Евгений Гельфонд. – Спектакль сочинялся всеми, это коллективный опыт.

На фестивале в Старой Руссе присутствовали специалисты по творчеству классика, работники научно-культурного центра Достоевского. Они вместе с жюри смотрели работы и отслеживали, как понимают и ставят Достоевского на театральных подмостках России. Усадьба Достоевского в Старой Руссе – единственная собственность классика, там он написал и заключение романа «Бесы», и роман «Братья Карамазовы», в котором образы и персонажей, и улиц взяты из Старой Руссы.

Спектакли, правда, игрались не в самом доме писателя, а по соседству - в бывшем имении его друга, а теперь научно-культурном центре дома-музея.

- Но всё равно сохранилась атмосфера, - рассказывает Евгений Гельфонд. – Можно было использовать интерьер, пространство, забежать на второй этаж усадьбы и оттуда кричать. «Бесов» театру пришлось играть два раза – из-за досрочного отъезда председателя жюри Георгия Тараторкина, кстати, первого исполнителя на киноэкране роли Раскольникова. Первый раз играли тяжело, но Тараторкин дал ряд дельных советов, и за два дня коллектив их учёл. Каждый вечер собирались в номере, обсуждали, уточняли сцены. Сама родина Достоевского навевала новые мысли.

11 ноября, в день рождения Достоевского, с утра побывав на панихиде в Георгиевском храме, куда постоянно ходил сам Фёдор Михайлович, настроились и отыграли действительно хорошо.

- По моим оценкам, ребята сыграли лучший спектакль из всех «Опытов» – на каком-то воодушевлении, здорово, легко, совершенно точно. Что было отмечено критиками, которые не скрывали доброжелательных эмоций, - говорит режиссёр спектакля. Театру вручили статуэтку работы художника Вячеслава Смирнова – человечек-вариация на тему героев Достоевского. А диплом ещё в пути – сразу же после показа у актёров был поезд и подписать свидетельство о победе не успели. «Поездка была именно поездкой по Достоевскому – с муками, страданиями, переживаниями, - вспоминает Евгений Гельфонд. – Она очень сильно сплотила коллектив. В последние дни никто не ругался - настолько прикосновение к подлинному, настоящему облагораживает».

Фестиваль, на котором было много молодых коллективов, показал, что Достоевский будоражит умы и чувства. Главное в Достоевском – не столько выражение формы, сколько прояснение и выявление смысла. Там, где это удаётся, получаются максимально удачные спектакли. Там, где смысл прячется за формовыразительностью и псевдоноваторством, ничего не получается. Достоевского невозможно изучить и понять вне религиозного контекста, контекста веры и Бога. Это вечная игра, вечная борьба двух начал: кто за правым и кто за левом плечом? В НХТ работали над спектаклем именно с религиозных позиций, и, возможно, именно поэтому критики удивлялись: «Невероятно, но вы сделали понятным самое трудное произведение Достоевского». Кстати, в декабре планируется очередное заседание клуба «Кредо» при НХТ. Гость клуба – отец Александр, настоятель Свято-Троицкого храма Челябинска. Тема встречи – творчество Фёдора Михайловича Достоевского.

Панночка не страшная - страшные мы

Новый сезон в НХТ начался с победы и со спектакля «Панночка». Сейчас идут премьерные спектакли (ими считаются первые 10) – необходимо, чтобы материал начал жить своей жизнью, стал самостоятельным существом, а не режиссёрским детищем. Режиссёр «Панночки» – Римма Щукина. Основной костяк НХТ – выпускники её курса в ЧГАКИ. Евгений Гельфонд, художественный руководитель театра, работал там педагогом.

- Если Достоевский – один из самых прославляемых православной церковью авторов, то Гоголь также не менее почитаем, - объясняет он. - У Гоголя религиозный контекст присутствует в той же степени, что и у Достоевского, его тоже трудно рассматривать вне этого контекста. Мы знаем и о его поездках к оптинским старцам, и о внутренних мучениях, и о сжигании второго тома «Мёртвых душ» - из-за переживаний, что получилось «не то», ведь второй том он хотел написать как православный. Что касается спектакля «Панночка», это спектакль о самопожертвовании - одной из главных христианских идей, и о том, как простому человеку, простому грешнику открылась другая сторона жизни. Не праздное, размеренное, ленивое существование, а знание о том, что есть зло, трагедия. И показан сам момент выбора – отгородиться от всего этого или принять и пойти трудным, тернистым духовным путём, опасным с бытовой точки зрения?

Это спектакль про Хому Брута и про путь, который он проходит. «Спектакль о чуде, которое называется че-ло-век», - так комментирует идею постановки Римма Щукина. Это уже вторая редакция спектакля. Первый раз пьесу Нины Садур «Панночка» по повести Гоголя «Вий» в НХТ ставили 10 лет назад. С тех пор изменилось многое: театр переехал в другое здание (сейчас артисты делят площадь с кинотеатром «Спартак»), пришли молодые актёры, а первый исполнитель роли Спирида Игорь Ефремов стал священником. Теперь он настоятель храма в селе Губернское. Во время подготовки к спектаклю актёры ездили к бывшему коллеге, а теперь православному батюшке, чтобы разобраться в церковной терминологии и что-то понять для себя.

- У меня было желание провести в церкви ночь и испытать это ощущение, - рассказывает исполнитель роли Хомы Брута Алексей Пименов. - Переночевать в церкви не разрешили, но можно было прийти туда ночью. И я пошёл. И душа у меня сжалась внутри – не то что сердце, а вообще всё здесь, в центре. Я не мог ни шевельнуться, ни слова сказать. Побыл минуты три в темноте и больше не вытерпел – зажёг свечу. Откуда-то взлетела под верхний купол чёрная ворона - и всё, я вышел. Жутко. Церковь в Губернском очень старая, в прошлом году ей исполнилось 110 лет. Строили её всей деревней. В советские времена там был склад, сейчас идёт реставрация, и полуразрушенные стены храма хранят свои тайны.

- На следующий день мы пошли на колокольню, и вдруг какой-то шум, шелест… И целая стая голубей поднялась в небо! – вспоминает Марина Оликер, исполнительница роли Панночки. Спектакль тоже играется в декорациях недостроенного храма. Чёрные стены, доски, сбитые крестом, неровный свет – мистическая атмосфера на площадке создана в полной мере. Иногда, чего и следует ожидать, работая с Гоголем, на спектакле случаются необычные вещи: актёры рассказывают, что то ни с того ни с сего включаются фонари, то с грохотом падает доска. Зрителям порой не по себе от вдруг доносящегося сверху пения или появляющейся из ниоткуда «чёрной силы». - «Чёрные силы» и «тьма» в спектакле - это толпа, некая субстанция. Все, кто работает в театре, играют её, но это не массовка, это самое выразительное средство в спектакле, - vобъясняет актриса Наталья Шолохова, которая играет Хвеську.

- Они создают атмосферу и показывают, что страшна не сама Панночка, хотя она сгусток и олицетворение всех пороков, страшно то, что есть в нас, - наше зло, наши грехи. Поэтому образ Панночки - метафизический и очень ясный. В нём собрана и показана тёмная сторона человека, жизни. Но «Панночка» - спектакль в первую очередь о чуде, о самопожертвовании. В этом ключе актёры и читали материал, и репетировали. И он повлиял и на самих артистов.

- Я больше начал понимать своё существование, совсем по-другому стал воспринимать какие-то вещи, - делится Павел Мохнаткин, исполнитель роли Спирида. - После этого спектакля хочется казаться чистым, стремиться к этому, быть добрым, счастливым, дарить людям свет. Тема самопожертвования - близкая для каждого актера НХТ. «Самопожертвование – это служить искусству в наше время», - смеются они. Вспоминают, что вахтёры в театре ЧТЗ на актёрских тренингах с Гельфондом заглядывали в зал и шептали: «Это секта!».

- Это не секта, - говорят актёры, - это семья. Мы вместе уже 10 лет, и остаются только самые близкие и преданные делу. Недаром есть выражение - служить на театре. Именно таким преданным подвластны и религиозные высоты Достоевского, и мистические глубины Гоголя.

Татьяна Силаева

Фото Николая Шумакова

523

Если вы стали очевидцем какого-либо события или просто обнаружили важную новость, присылайте ее нам

Не забудьте подписаться на нас в соцсетях:

Популярное
Лента новостей