+15°
Сообщить новость
15.04.2010 11:16

Деньги на ветер

С начала 90-х, когда отечественные научные организации потихоньку начали всплывать брюхом вверх, многие наши молодые учёные обратили свой взор на Запад. Евгения Соломина, выпускника ЧПИ, пригласили работать с несколькими американскими фирмами. Тогда он проектировал электродвигатели специального назначения, которые могут работать под водой, в вулканах и даже в космосе. Допроектировался Евгений до того, что один из его электродвигателей полетел на Марс и сейчас работает в составе марсохода. Вообще считается, что в электромашиностроении выйти на какие-то инновации чрезвычайно сложно - вроде бы там всё давно известно. Но путь человеческой мысли извилист. Порой с неожиданного ракурса начинается новый сюжет.

Рейтинг: 0
Деньги на ветер
*С начала 90-х, когда отечественные научные организации потихоньку начали всплывать брюхом вверх, многие наши молодые учёные обратили свой взор на Запад. Евгения Соломина, выпускника ЧПИ, пригласили работать с несколькими американскими фирмами. Тогда он проектировал электродвигатели специального назначения, которые могут работать под водой, в вулканах и даже в космосе. Допроектировался Евгений до того, что один из его электродвигателей полетел на Марс и сейчас работает в составе марсохода. Вообще считается, что в электромашиностроении выйти на какие-то инновации чрезвычайно сложно - вроде бы там всё давно известно. Но путь человеческой мысли извилист. Порой с неожиданного ракурса начинается новый сюжет.* В 2000 году Евгений с женой ехал на Ильменский фестиваль. Собственно, почему бы им не ехать, если они - одни из организаторов этого фестиваля? Пишут музыку, стихи. Есть уже свои диски. Иногда их даже крутят на радио «Шансон». Это своего рода хобби. А вот признание Евгения Соломина: «Мы ехали. Смотрю: кроны деревьев движутся, вращаются от ветра. И главное - бесплатно это всё! Как утилизировать этот дар природы? Возникла мысль разработать установку, которая бы перерабатывала ветер в электричество. Понятно, что в первую очередь на ум пришли традиционные конструкции типа мельницы. Однако у них есть серьёзный недостаток. Они зависят от направления ветра. Это целая проблема. У таких ветряков удельная выработка электроэнергии в два раза меньше, чем у тех, которые мы разработали». - И тогда вам ничего не оставалось, как предложить американцам профинансировать вашу разработку? А в отечестве денег не было? - У нас здесь вообще не финансируют технологии, если вы не в курсе. Американцы же пошли на финансирование. Там всего-то надо было две тысячи долларов. И мы сделали в гараже, буквально на коленке маленькую турбинку. Так называемый ротор Савониуса. Турбина всем очень понравилась. Мы решили её производить. Но пока думали, познакомились с Государственным ракетным центром, который с начала 90-х тоже этим же занимался в области горизонтально-осевых турбин. Мы объединили наши усилия. И решили в 2002 году обратиться за получением гранта в департамент энергетики США. А конкретно - через лабораторию Бэркли, с которой имели достаточно хорошие связи в плане специальных электродвигателей ряда проектов. - Это конкурс на техническую помощь в США? - Да. И каково же было наше удивление, когда мы в 2004 году выиграли миллион долларов на разработку новых вертикально-осевых турбин. И дело приняло серьёзный оборот. Потому что мы не готовы были по большому счёту разработать новую интеллектуальную собственность. Тем не менее работы начались. Программа по нераспространению ядерных вооружений сегодня - ведущая политическая линия США. Для этого они фактически финансируют наши оборонные предприятия. И предприятия обычно соглашались. На сей раз нашим учёным была подана идея в области высоких технологий - ветроэнергетики. Этим начал заниматься целый конгломерат организаций - Государственный ракетный центр, НИИ «Уралмет» и плюс была зарегистрирована наша фирма «ГРЦ-Вертикаль». Она успешно стала производить ветроэнергетические установки. Сегодня «Вертикаль» выпускает целое семейство таких ветряков. - Евгений Викторович, значит, вы придумали нечто новое в возобновляемой энергетике. А как вы закрепили свой приоритет? - В самом начале ХХI века мы были не очень компетентны в патентах, в интеллектуальной собственности. Да и денег у нас не было. Были вынуждены пойти на то, что нам диктовали американцы. Позднее, в 2007 году, стали уже разбираться в этом, перечитали те контракты, которые мы заключили ранее с лабораторией Бэркли. И только развели руками… С юристами этого монстра тягаться не приходится. Получилось так: американцы оставили нам владение патентом на территории СНГ, а сами у себя зарегистрировали такой же патент, как у нас. Дальше они подали международную заявку, которую нам в жизни не потянуть финансово. Она стоит сотни тысяч долларов. Мы как бы сами отдали свои идеи, потому что верили в хорошее. А американская помощь оказалась американской помощью. В чистом виде. Но, с другой стороны, не было бы этих денег, вообще бы не тронулась с места разработка. Вслед за этим миллионом мы выиграли ещё порядка 400 тысяч долларов. Деньги пошли на разработки, на зарплату учёным и немного окупили «железо». - Что было дальше с вашей «ветреной» идеей? - Сначала мы не афишировали свои достижения, боялись патент засветить, раскрыть свою идею. А когда американцы запатентовали, было уже поздно. Мы занялись защитой диссертаций, рассекретили свои данные, начали публиковаться. И резонанс пошёл в России и в мире. О нас знают Минэнерго, Российская академия наук. Роснаука обратила на нас внимание, предложила поучаствовать в проектах. И в прошлом году мы впервые получили деньги ещё и от Роснауки. Не Бог весть что, но около 150 тысяч долларов. Мы генерируем уже российскую интеллектуальную собственность. Другой разговор, что для того, чтобы подать международную заявку, опять нужны деньги. - Значит, развернётесь? Нынче повсюду только и слышится от первых лиц государства: нужны инновации, нужна альтернативная энергетика! - Мы надеялись, что теперь-то с российской наукой и с правительством начнём внедрять свои идеи по-взрослому. Даже президенту Медведеву письмо написали. Раз речь идёт об альтернативной энергетике, то вот они - мы, ведущие разработчики. Те же американцы уже нашими разработками пользуются. Но пока Медведев лишь передал через генерального директора Ракетного центра КБ имени Макеева обтекаемый ответ: «Мы думаем про вас». - А вы что? - А мы работаем. Люди ходят по рынку, покупают китайские ветряки, ставят - у них отлетают лопасти. В конечном итоге потребитель приходят к нам. Мы хоть и молодая фирма, но на базе ракетных технологий стараемся делать надёжные хорошие вещи. Спектр наших установок достаточно широк. Есть стоваттные ветряки, предназначенные для освещения улиц. Там светодиоды, аккумуляторы, вертушечка стоит маленькая - крутится на столбе. Мы сейчас их испытываем в Челябинске, Екатеринбурге. Есть у нас и мощные ветряные установки до 30 киловатт. - В чём принципиальная особенность вашей вертикально-осевой «мельницы». Кажется, в Европе 400 лет строят «мельницы» с горизонтальной осью - и ничего. - Наша конструкция быстроходная. Вроде бы разрозненные планочки торчат. Но действует установка за счёт подъёмной силы крыла. Это принцип Дарье. Поэтому и движется она быстрее ветра. Первые образцы крутились в 2,5 раза быстрее ветра, а теперь есть установки с вращением, превышающим скорость ветра в семь раз. - Какова окупаемость ваших энергетических установок? - Давайте посчитаем. При стоимости киловатт-часа один рубль и стоимости установки ВЭУ-3 (мощность - три киловатта) в 475 тысяч рублей окупаемость наступит примерно через 30 лет. Это при средней скорости ветра четыре метра в секунду. Получается невыгодно. Но сегодня киловатт-час в Челябинской области, например в Красноармейском районе, уже достиг 5 рублей 30 копеек. Значит, окупаемость наступит намного быстрее - примерно через шесть лет. Недавно нас приглашали в Минсельхоз, сказали: «Снабжайте нас турбинами срочно! Мы не знаем, как себя будет чувствовать сельское хозяйство к 2011 году, если киловатт-час будет стоить 10 рублей». Если верить прогнозу про 10 рублей за киловатт-час, то наша установка окупится уже всего за три года. Это при скорости ветра 4 метра в секунду. Но в Троицком районе, где проводим испытания специально для Казахстана, ветер дует постоянно со скоростью 7 - 8 метров в секунду. То есть получается уже полтора года окупаемости. Кстати, в сумме 475 тысяч рублей себестоимость установки составляет около 250 тысяч рублей. Остальное - накладные расходы. Тут же целый штат конструкторов трудится. Мне бы хорошо выделиться в отдельную технологическую фирму. Тогда одну часть могла бы спонсировать Роснаука. А другая часть занялась бы производством. Себестоимость тут же упадёт раза в полтора. 250 тысяч рублей - это тоже много, мы понимаем. А всё потому, что производятся штучные изделия. Как только пойдёт поток, цена упадет вполовину. А окупаемость сократится до полугода. - Вы ощущаете потребность в ваших установках внутри страны? - У нас очень много заказчиков с Севера, с Камчатки. Там ветра сумасшедшие. Три месяца назад киловатт-час у них стоил 41 рубль. За счёт завоза дизтоплива. Так они уже просто стоят в очередь к нам. Но у нас, к сожалению, пока не конвейер. На селе готовы дорабатывать энергоустановки под свои нужды. Даже женский монастырь собрался поставить наш «ветрячок». Так что спрос огромный. - Правительство планирует добрую часть экономики к 2020 году перевести на альтернативную энергетику. В связи с этим ваша «ГРЦ-Вертикаль» попала в какие-то планы? - Мы начали работать с Минэнерго. Предложили им программу ветроводородного комплекса. Там одобрили проект. Сегодня должны выделить около 20 миллиардов рублей на проектно-изыскательские работы. Но тут свой конкурс. Начали баллотироваться сначала 18 фирм. В конечном итоге остались Роснано, Росгидро и наша «ГРЦ-Вертикаль». Согласитесь, лестно участвовать в конкурсе наравне с такими игроками. Однако пока передавали документы в администрацию президента на подписание проектов, на запах денег пришел Росатом. Там и Академия наук подсуетилась. И в итоге вся программа стала называться «Водородные комплексы на базе возобновляемых источников энергии». И сразу разбавили программу волновыми, солнечными установками, генераторами на биомассе и так далее. И мы утонули во всём этом хаосе. Нас не выкидывают из обоймы. Но «ветер» пока, выходит, развивать не на что.
428

Если вы стали очевидцем какого-либо события или просто обнаружили важную новость, присылайте ее нам

Не забудьте подписаться на нас в соцсетях:

Популярное
Лента новостей