Игорь БАЕВ: «Вы видите перед собой довольного жизнью человека!»
+2°
Сообщить новость
11.06.2010 02:46

Игорь БАЕВ: «Вы видите перед собой довольного жизнью человека!»

В день, когда мы договорились встретиться с деканом факультета экономики и управления ЮУрГУ, заведующим кафедрой экономики и финансов, доктором экономических наук, профессором, действительным членом гуманитарной академии Игорем Александровичем Баевым, он общался со школьниками, потом вёл приём у себя в кабинете, потом давал интервью, потом участвовал в защите дипломных работ, потом… Целая куча этих «потом».

Рейтинг:
Рубрика: Общество
Игорь БАЕВ: «Вы видите перед собой довольного жизнью человека!»
*В день, когда мы договорились встретиться с деканом факультета экономики и управления ЮУрГУ, заведующим кафедрой экономики и финансов, доктором экономических наук, профессором, действительным членом гуманитарной академии Игорем Александровичем Баевым, он общался со школьниками, потом вёл приём у себя в кабинете, потом давал интервью, потом участвовал в защите дипломных работ, потом… Целая куча этих «потом».* И так каждый день круговорот событий и встреч. Говорит он интересно, голос его то грозно рокочет, то опускается до доверительного шёпота. И жест, яркий рубящий жест, обнаруживает огромную энергию и темперамент этого человека. - Ещё в Законодательном собрании работаете? - Да, я председатель экономического совета. - Много времени это занимает? - Нет. Это работа, касающаяся утверждения стратегических планов. Обсуждение этих планов. Не более того. Не сама разработка. - Но к советам учёного должны прислушиваться? - Хочется думать, что это так. Всё-таки сорокалетний опыт педагогической и научно-исследовательской деятельности. Совершенно объективно, не в силу каких-то моих качеств, что-то ценное накопилось. Этот опыт может быть полезным нашим молодым, начинающим, да и чиновникам, и учёным. Считаю, что любой начинающий, кто угодно, если фактор накопленного опыта не использует, то плохо начинает. - Вы окончили ЧПИ. В этих же стенах 43 года работаете. Но окончили вы приборостроительный факультет. А как пришли в экономику? - Как экономист я состоялся. Но если бы, зная, что состоюсь как экономист, начал снова обучение, я снова бы закончил ПС и параллельно получил экономическое образование. Дело в том, что все экономические науки можно условно разделить на направления. Чисто академическое. Скажем, экономическая теория. И есть прикладное направление, это когда экономика позволяет решить задачи распределения ресурсов на производстве, в других сферах деятельности. Ответьте мне на один вопрос: если человек занимается вопросами организации экономических или каких угодно проектов машиностроения, он должен знать производство? Я закончил приборостроительный факультет, где получил колоссальную подготовку по теории управления. Теория управления техническими системами больше состоялась с точки зрения формализации. Теория управления в экономических системах по многим чисто объективным причинам пока что не очень сильно формализована. - Знаю, вы пишете книги по управлению. Человеком трудно управлять? - Человек как объект управления, как говорят в кибернетике, - объект большой сложности. Но так уж получилось, что управление в экономике, оно не развивалось с теоретических позиций. Были такие «ленинские принципы управления». Было и преследование кибернетики как «продажной девки империализма». Сейчас всё изменилось. Но вот управленческая школа, управленческие знания традиционно в технике выше. Есть, например, понятие устойчивости в экономике. А в технике больше знают о том, что такое устойчивость. Можно привести много примеров. Я чувствовал себя как управленец, придя в экономику, гораздо сильнее управленцев - чистых экономистов. - А когда вы осознали себя именно экономистом? - Осознал позже, получилось это объективно. После окончания института работал три года в лаборатории электроники в НИИМ (научно-исследовательский институт металлургии). Один из самых первых и мудрых и самых значимых учителей - это мой отец (фото стоит на столе в кабинете!). Он посоветовал обратить внимание на экономику. В ЧПИ набирались люди, которые являются приборостроителями и одновременно могли бы заниматься разработкой и внедрением АСУ (автоматизированной системы управления). Тогда говорили, что началась эпоха АСУчивания. В ЧПИ создали лабораторию научной организации труда и систем управления. Нужны были люди, которые смогут работать на стыке производства и управления не по старым экономическим канонам. В 1967 году это как раз началось, когда я поступил в аспирантуру. На АСУ возлагались большие надежды. Я обязан был изучать экономику машиностроения. И, более того, набирать первый опыт преподавания. И вот, работая ассистентом, читая лекции, будучи аспирантом, я вдруг увидел, что преподавание - это моё. Что эта работа мне нравится и общение со студентами доставляет колоссальное удовольствие. - Сейчас наступила эпоха почти всеобщего высшего образования. Студент поменялся в связи с этим? - Студент поменялся. И не только в связи с появлением платного образования. Прежде всего в связи со сменой системы экономического развития. Мы перешли к рыночной экономике. Стали более свободными, более либеральными. Студент тоже стал другим. Ему уже не стыдно произнести: «Я хочу быть богатым» или «Я хочу обеспечить себе карьерный рост». Раньше бы сказали: «Карьерист». Но поскольку процесс происходит очень быстро, появились очень негативные тенденции. Говоря по-ленински, «болезнь роста». Студенты много перенимают плохого из рыночной экономики. Рыночная экономика не идеальная система. Но, как сказал Черчилль, лучшего ничего не придумали. Россия опять впереди планеты всей по логике развития. Кто от «развитого» социализма переходил к капитализму? И ещё важно, что наше развитие часто идёт вопреки общемировым тенденциям. Это отражается на студентах. У них, например, ценность силы часто ставится выше, чем ценность добра. Но я, понимая всё это, нисколько не меньше люблю своих студентов. - Но конкурсного отбора нет? - В элитных вузах конкурсный отбор на экономические специальности очень серьёзный. А значит, и студенты талантливые. Пять лет подряд в Санкт Петербурге проходит международная студенческая олимпиада. Участвуют 50 - 80 вузов, включая вузы московские, питерские и вузы Европы. Жюри не московское и не питерское. Уровень объективности высокий. Я даю заявку на участие и говорю студентам: «Ребятки, вы поедете на следующие секции - «Производственный менеджмент», «Маркетинг», «Современные системы учёта на английском языке» и «Финансы и кредит». Оттуда мне телефонируют: «Секция «Международные системы бухгалтерского учёта на английском языке». Первое место у моей студентки. Второе место заняла бельгийка, на третьем месте опять моя студентка». Далее - «Финансовый менеджмент»: все три места - мои студенты! Ещё две секции - и там наши первые места. Секций всего 17, а мы заявились только в четырёх. Все победители секций собираются на отдельное соревнование, чтобы узнать абсолютного чемпиона - экономиста вузов России и Европы. Правда, абсолютными победителями мы стали только дважды. Но ведь стали! - Как получается добиваться таких фантастических результатов? - Во-первых, сказывается опыт кафедры. Среди экономических кафедр она старейшая в статусе «выпускающей», поэтому кадровый состав высочайшего уровня. Сегодня он на 80 процентов состоит из наших бывших студентов. Теперь они доценты, кандидаты наук, многие без пяти минут доктора. Во-вторых, есть определённый преподавательский кайф в подготовке одарённых ребят. Видеть горящие глаза студентов - большое удовольствие. Это же приятно, когда после лекции за тобой тащится хвост студентов: «Игорь Александрович, я не понял это…» Значит, хочет понять. Это мой успех - я вызвал у него желание понять. Это очень помогает в жизни. У нас на кафедре нет приходящих со стороны. Все наши, собственные. - От вас, как мне кажется, исходит целое море любви к студентам… - Не всегда. Кое-кого, случается, отчисляю. Бывает, плачут мамы. Но что поделаешь? У меня кредо: «Идущему поможем обязательно». Но кто не желает учиться, не ходит на занятия, кто мечтает получить диплом, а не знания, кто категорически не приемлет нашу среду, должен быть отчислен. Зачем его мучить? - Некоторые ваши студенты защищают дипломные работы на английском языке. А вы с английским дружите? - Совсем не дружу, не изучал. На немецком разговариваю с удовольствием. Иногда и с немцами. Как-то раз учитель немецкого сказал мне: «Для разговора на немецком языке важно иметь определённый запас слов и определённое нахальство. Игорь Александрович, у вас нахальства больше». - Вы человек азартный? - В определённой степени. - А везучий? - Судите сами. ЮУрГУ - это мой дом. Я просто не представляю себя без него. С ним мне точно повезло. Конечно, мне очень повезло с семьёй. Я с женой своей познакомился в девятом классе. Ольга Михайловна тоже здесь, в вузе, работает. Она могла бы быть прекрасным учёным, но принесла себя в жертву мне. Она преподает, её очень любят, но капитально заниматься наукой в своё время прекратила. Так что вы видите перед собой довольного жизнью человека. Я люблю свою работу, люблю свою семью, люблю своих коллег. Не имею никаких острых сюжетов. Наверное, для журналистов я не интересен. - В советское время интеллигенция была настоящей элитой. Было престижно стать учёным. И карьера, и статус, но не в органах власти и политике. - Здесь особых иллюзий питать не нужно. Как в любом слое общества есть настоящие и не настоящие учёные, политики, чиновники. Это касается и высшей школы. Может быть прекрасный учёный, но плохой преподаватель. Процесс донесения знаний ему не доставляет удовольствия. А процесс открытия - сколько угодно. Если на кафедре кто-то скажет: «Я не люблю студентов», уволю его завтра же. Если в обществе каждый будет на своём месте и каждый свою работу будет любить, будет здорово. - Если назвать важные точки вашей биографии, поворотные вехи, какой бы получился список, какой порядок? - В Свердловске я жил 14 лет до переезда в Челябинск. Мой отец поздно получил высшее образование. Он был сыном церковного служителя. Когда закончил школу, детей попов ещё не принимали в высшие учебные заведения. Ему приходилось помогать бабушке кормить и воспитывать младших братьев и сестёр (дедушка умер рано). В общем, судьба у отца была непростая. Воевал, закончил аспирантуру, когда у него уже были два сына (мой младший брат сейчас тоже доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой). Когда семья переехала в Челябинск, здесь дали квартиру. ЧПИ набирал молодых специалистов. Сюда приехала целая группа учёных из Свердловска. Я пошёл учиться в школу № 92, и в новом для меня классе встретил девушку, которая стала потом моей женой. На последнем курсе института мы поженились. Вот это действительно важная веха - завоевал жену. А потом родился сын. Это же великое счастье! Следом родилась дочь. А я очень хотел дочь, просто очень… В роду Баевых в основном были парни. И мама иногда, помню, говорила: «От баевского рода не дождёшься девочки». Что интересно, сын тоже женился на однокласснице. А потом ещё и дочь вышла замуж за одноклассника. Традиция, выходит, получилась, матрица судьбы сработала. Следующий важный пункт биографии - защита диссертации. Надо же было кормить семью. В коридорах вуза шутили: «Учёным можешь ты не быть, но кандидатом быть обязан». Другая же зарплата была у кандидатов. Я долго и упорно делал кандидатскую диссертацию. Потом работал доцентом. К докторской степени не стремился, но не переставал работать в науке. И однажды вдруг обнаружил, что накоплен материал, который, наверное, обладает логической стройностью и есть какая-то концепция и всё прочее. В общем, защитил докторскую. А дальше пошли первые ученики - кандидаты наук. Сейчас у меня уже 40 кандидатов наук, утверждённых ВАК. И шесть моих докторов имеют аттестат. Есть чем гордиться перед самим собой. - Помогать людям - ваша философия? - Уверен, многие скажут: «Он помог мне в жизни». Но и мне тоже помогли. Я вообще по большому счёту не могу сказать, что сделал себя сам. Про отца могу сказать, что он прошёл тяжёлую жизнь. Как и многие люди в то время. А я не сделал себя сам - мне помогал отец. Я не голодал, войну не помню. Жил в семье доцента, профессора. Я же «барчук» по большому счёту. Просто использовал всё, что мне было дано изначально. Не растратил ресурсы, которыми обладал. А вагоны разгружать не приходилось в бытность студентом. Если и подрабатывал, то музыкой, потому что играл в ансамбле. - О том, что вы играли на саксофоне, наверное, мало кто знает? - Я играл в оркестре на саксофоне и кларнете с большим увлечением. Между прочим, играл у великого музыканта Михаила Папашика. Он был старостой оркестра. Отец всегда мечтал, чтобы я играл на фортепиано. И когда мы приехали в Челябинск, я стал учиться музыке. Потом получил первые уроки на саксофоне. В самодеятельности вузовской этот инструмент освоил. Первые годы работы в НИИМ даже подрабатывал на танцах. Но это было так давно… Музыку с тех пор бросил, конечно. Из саксофона вряд ли выдавлю сейчас какой-нибудь звук. Но джаз люблю очень, хожу на концерты. У меня много знакомых джазменов. Люблю и классическую музыку и не пропускаю ни одного симфонического концерта. - Есть ещё одна статья вашей пристрастности - рыбалка. - Да, рыбалку люблю. Нынче у меня удачная была зима, раз пять выезжал на лёд. С рыбаками часто общаюсь, смотрю передачу «Рыбалка с Радзиевским». И, конечно, при первой возможности выехать на водоём берусь за удочки - и зимой, и летом. - О чём думаете на рыбалке? - Главная прелесть рыбалки в том, что, кроме рыбалки, я ни о чём не думаю. Сидеть у воды и думать, что там у меня происходит на кафедре? Но, с другой стороны, после рыбалки приходишь домой и многие вопросы представляются по-другому. Мозг отдыхает, как и при сборе грибов. Хобби должно быть у каждого - как приятное лекарство. - Мы говорили о том, что вы любите. А что не любите? - Не люблю зависти, злобности в людях. Увы, с этим сталкиваюсь иногда как декан. Я ж ещё и руководитель. Встречаюсь с людьми, которые часто имеют достоинства, хороший потенциал. Но некоторым бывает страшно плохо, когда другому хорошо. С опытом понял особенно остро: творить добро очень нужно. Это как религия. Враньё не люблю, жену ни в чём не обманул. Не люблю ложь, даже если она во имя чего-то благородного. - Вы не атеист? - Ни в коем случае - я, скорее всего, плохой верующий. Мне хочется быть лучше, но пока не могу. Делать добро мне доставляет много радости. Если вдруг делаю кому-то больно, сознательно или несознательно, потом жалею об этом. «Почему я таким тоном разговаривал с человеком?» - такие мучения испытываю подчас от собственной вспыльчивости! Каждое заседание кафедры заканчиваю фразой: «Любите студентов!» - Любить чужих детей - это не противоестественно? - Да, это не родные дети. Но это прежде всего люди, в которых вложил свои знания, и вот видишь этот росток. Это должно радовать человека. Поэтому учитель ученика любит. Вот представьте: пришёл парень из деревни поступать к нам, а преподаватели с ним разговаривать не хотели. А потом он поступил и стал отличным студентом. Просто у него базы изначально не было. - Игорь Александрович, какие перспективы у российской экономики? - Всё будет нормально - убеждён. Только не нужно питать иллюзий. Рыночные экономики развитых стран создавались столетиями. Мы всё сделаем быстрее, но не так быстро, как сейчас хотелось бы. Второе - нам нужно научиться видеть положительное. Вот мы окунулись в свободу, которая позволяет говорить, что хочешь. Но при этом говорят все чаще только о плохом. Мы качнулись в другую сторону, перестали видеть хорошее. Например, клянём Гайдара. А мне стало страшно обидно, когда попросили в Думе почтить память Гайдара, а Дума не встала. Гайдар же освободил цены! Это была болезненная операция, но спасительная для страны. Я читаю лекции на президентских курсах и вижу: у нас появились первые талантливые бизнесмены. Мы стали говорить свободно. Но и учимся думать. Рынок принёс много ужасных вещей. Безработные, нищие пенсионеры, убитое высшее образование - всё это результат ошибок нашего высшего руководства. Что убили техническую науку и техническое образование - страшная ошибка. Сейчас стали говорит про инновационный путь развития. Но другого пути в принципе нет. Однако в инновациях первый этап - идея, базирующаяся на экономике знаний. И кто вам будет сейчас давать эти технические идеи? Кто? Конкурс на технические факультеты никакой, учёные-техники далеко перешагнули пенсионный возраст. Хорошо, если в самом деле решили возрождать. Но самым верным было бы в своё время не разрушать. Надо было насмерть стоять за сохранение инженерного базиса. И всё же в целом динамика положительная, на мой взгляд. Да и вообще без оптимистического настроя жить нельзя. В нашем ЮУрГУ полученный статус научного исследовательского университета обязывает к подъёму научного потенциала в техническом направлении. И этот подъём уже начинается, чувствую.
1069

Если вы стали очевидцем какого-либо события или просто обнаружили важную новость, присылайте ее нам

Не забудьте подписаться на нас в соцсетях:

Популярное
Лента новостей