12.11.2010 10:20

Бигильдеев Евгений Анатольевич ЧЕСТНЫЙ БИЗНЕС УКРЕПЛЯЕТ РЕПУТАЦИЮ

Рейтинг: 0
Бигильдеев Евгений Анатольевич ЧЕСТНЫЙ БИЗНЕС УКРЕПЛЯЕТ РЕПУТАЦИЮ


Он мог сделать научную карьеру. Но предпочел трезво взглянуть на происходящее в стране. И выбрал путь создания собственного бизнеса, не имеющего отношения к его способностям физика-ядерщика. Сейчас это решение уже не кажется вынужденным. В конкретной жизненной ситуации оно было единственно верным.

Со своим уставом

 

Евгений Анатольевич Бигильдеев.
Евгений Анатольевич Бигильдеев
 

Директор компании «Евроокно» Евгений Бигильдеев принадлежит к классическому поколению российских ученых, волею судьбы пришедших в бизнес в конце ХХ века. Об этих людях даже пишут книги и снимают кино. Хотя и намного реже, чем о ментах и бандитах. Факт то, что эта техническая интеллигенция принесла академический «чистый» подход в совершенно чужую для них бизнес-среду, где в начале 90-х, как в свое время в Америке, на заре капитализма, залогом успеха были хваткость, хитрость и игнорирование моральных норм. Образование не ценилось, зато большим спросом пользовались налаженные на разных уровнях связи. Ученые почему-то не испугались враждебного окружения, а сделали все, от них зависящее, чтобы эту внешнюю и такую неблагоприятную среду изменить в соответствии с собственными представлениями о том, как нужно жить, как можно честно зарабатывать деньги. Зная сегодняшний уровень того или иного известного предприятия, со стороны кажется, что так было всегда, а те 15 архисложных лет, что осталось позади, просто приснились в ночном кошмаре. Но для тех, кто эти предприятия строил своими руками, все по-другому.

 

Сегодня компании «Евроокно» уже более 10 лет. И главное в ее работе – репутация. Качество продукции – одно из лучших на Урале (по данным независимых исследователей). Лояльность клиентов очень высока. Потому что с самого начала здесь делали свою работу хорошо, внимательно относились к каждому покупателю, грамотно строили отношения  между людьми внутри предприятия. Триединство задачи, комплексный подход к делу – называйте, как угодно.

Проект шестидесятников

Бигильдеев убежден, что 31-я школа возникла в городе металлургов не просто так, а на волне оттепели: «Это был проект 60-х, Советский Союз везде побеждал, мы первыми полетели в космос. Появились и попытки реформирования образования». 31-я была необычной с самого начала, с момента рождения. Особенно в сравнении с 30-й школой, стоявшей буквально в двух шагах. Может быть, кто-то специально придумал поставить эти два непохожих даже по архитектуре здания друг напротив друга – для контраста? Может быть, той эпохе жизненно необходимы были столь радикальные шаги и поэтому они должны были бросаться в глаза? Чтобы не оставалось сомнений в серьезности и необратимости перемен…

Евгений вспоминает, что 30-я была нормальной традиционной школой, от которой трудно было ждать экспериментов, творческих поисков. Учителями работали преимущественно пожилые женщины. Поэтому гораздо более молодой учительский состав в 31-й, где львиную долю составлял к тому же сильный пол, сразу вызвал неподдельный интерес. Само собой вспомнилось, что слово «учитель» мужского рода. И тем более необычно было, что практически все учителя относились к школьникам …с любовью. Они не просто занимались процессом воспитания. Они делали гораздо больше.

Школьные «звезды» говорили на «вы»

Одно из первых ярких впечатлений – урок математики. В 4-м классе, куда пришел Бигильдеев, математику преподавал Юлий Давыдович. Преподавал совершенно неказенно, живо, необычно. Трудно, конечно, сейчас вспомнить детали, осталось лишь общее ощущение нестандартного свежего подхода. Впрочем, однажды, Женя, решая предложенную учителем задачу, вывел формулу для арифметической прогрессии.

Вне конкуренции  – преподаватель русского и литературы Лина Корниловна Табашникова, которая стала еще и классным руководителем. Самобытная манера ведения урока в форме диалога с учениками на равных, поиск нестандартных решений в любой теме, подчеркнутое уважение к еще только начинающей жизненный путь человеческой личности – с таким отношением сталкивался далеко не каждый ученик челябинских школ. Личное мнение, личная позиция всегда приветствовались. Говорили обо всем: о классиках литературы, отношениях между людьми, общественно важных событиях.

Общение с любимой классной не заканчивалось учебными стенами. Творческие вечера, совместные вылазки в лес с играми в индейцев, конкурсы инсценированной песни. Лина (ее быстро привыкали за глаза звать по имени) блестяще импровизировала на фортепиано, то и дело спрашивала: «Что еще сыграть?», с лету подбирала подыгрыш под любую песню. Похоже, знала весь отечественный (и не только) музыкальный репертуар. В классе Евгения она создала ансамбль…металлофонистов! Нарисовала каждому нотную партию, обозначила последовательность движений. Ансамбль потом играл на школьном конкурсе какое-то известное произведение. И черт возьми, неплохо играл!

Фантастическим учителем был (почему был? Он до сих пор, в свои 83 года, ведет философский кружок) Эрнест Иванович Кузнецов. С 14-летними пацанами он всегда разговаривал на «вы» - в отличие от многих других педагогов, которые переходили на «вы» только чтобы выказать свое недовольство учеником. Даже обсуждая исторический материализм, Кузнецов делал акцент не на идеологию (и как это ему в то время удавалось?), а помогал ученикам докопаться до сути явления. С тех пор менялось государственное устройство, даже название страны, но никуда не делись базис и надстройка, производительные силы и производственные отношения. Эрнест Иванович заставлял своих слушателей выявлять интересы в обществе разных социальных групп. Кто тогда мог подумать, что спустя годы эти разные интересы так перевернут всю нашу жизнь! Теория нашла проверку практикой на все сто. А бывшие ученики историка Кузнецова с благодарностью вспоминают его науку, благодаря которой они умеют анализировать происходящие события, адаптироваться к общественным переменам, вырабатывать собственную позицию.

На уроках математика Галины Викторовны Галяминой точная наука то и дело перерастала в спорт и тогда начинались соревнования. Первые 3-5 человек, решивших задачу, получали в журнал «пятерки». Ажиотаж был как на хоккее! С большой благодарностью Евгений вспоминает физика Надежду Степановну Муравьеву. Возможно, если бы не она, жизненный путь Бигильдеева сложился бы иначе. Для него же физика была до появления в классе Муравьевой очень непростым предметом. А тут все вдруг встало на свои места. Всего-то нужно было – начать объяснять сложные вещи простыми словами и ровным спокойным тоном. Закон Био-Совара-Лапласа, уравнение Менделеева-Клайперона, другие законы физики. Ей-Богу, звучит как песня! Тем, кто интересовался предметом всерьез, Муравьева давала дополнительные задания за рамками школьной программы.

От физкультуры до географии

 

Евгений Бигильдеев на соревнованиях.
Евгений Бигильдеев на соревнованиях

Воспитание личностей начиналось в математической школе, пожалуй, не с естественных предметов, а с физической подготовки. Кажется, это был единственный тогда учитель физкультуры – женщина, Зинаида Павловна Семёнова, которую вспоминают многие поколения учеников 31-й. Когда-то перед ней трепетали, особенно парни, которым она постоянно устраивала проверки на вшивость. Со временем даже те, кто бывало, обижался на нее, поняли: настоящий учитель должен быть именно таким - строгим, и в то же время мудрым, воспитывающим мужские характеры в жестких физических упражнениях и обязательно на глазах девочек. Она видела ученика насквозь, подвергала испытаниям, но не ради унижения, а для укрепления силы духа. А вот Нину Николаевну Титову, учителя биологии, человека совершенно иного склада, отличало и другое отношение к ученикам – мягкое, теплое и душевное. В кабинете биологии школьники делали аквариум, лепили для него горки. Дух творчества, казалось, поселился здесь навсегда.

 

Инопланетянкой выглядела в глазах школьников учительница географии Светлана Яковлевна  Тимофеева. Уже в советские времена ей удалось поездить в круизах по миру. Она рассказывала о других странах и континентах не по книгам, а на основании личных впечатлений. Одна Африка чего стоила! С тех времен Бигильдеев еще и географию полюбил: «Как называется столица Мадагаскара? Не помните? А я отлично помню – Антананариву. А где находятся Маршалловы острова?». Воистину любить предмет начинают тогда, когда любят учителя.

А какой был в 31-й школьный хор… Поначалу многие сбегали с этих занятий. Когда каждый подросток мнит себя личностью, непросто встать в общую шеренгу. Но скоро привыкли, освоились. Хор стал побеждать в районных, городских и даже областных конкурсах. Вот тебе и физико-математическая школа! С тех пор у физика Бигильдеева появилась любовь к музыке, пению. И не проходит по сей день.

Все будет хорошо

Эпоха 70-х отпечаталась событиями, которые можно понять, только «пропустив через себя». В 1972 году к 50-летию СССР каждый класс представлял на школьном конкурсе одну из республик Советского Союза. Классу Жени выпало делать копии чертей. Неожиданная идея объяснялась просто: в Литве уже в то время был, представьте себе, целый музей этой сказочной нечисти. Литовские черти получились на разные лады. Евгений слепил своего из пластилина, в голову вставил лампочку. Если нажималась кнопка, у чертика загорались глаза. Выставка этих народных достижений была устроена как раз напротив учительской. Хотя понятно, что видавших виды учителей пугать этим было бесполезно.

Шрам на лбу возник на ровном месте. Заигравшись с друзьями, выбегал на полной скорости из раздевалки и протаранил лбом бетонную колонну. Это что, Серега Тюпышев больше рисковал, когда прыгал из окна 2-го этажа. Женя с ним после «Золотой осени» подрался крепко, доставал его Серега по какому-то мелкому поводу, вот и не стерпел, врезал от души. С тех пор они с ним дружат.

Класс Бигильдеева выпускался в 1979-м. Была короткая, но ожесточенная война Вьетнама с Китаем. Нынешние дружеские переговоры Путина с Цзянь Цзэмином показались бы тому поколению советских и китайских вождей немыслимо прекрасными. Еще была не до конца и нынче забытая гонка вооружений. Но была и Саманта Смит, написавшая письмо Брежневу и ставшая в Союзе знаменитостью. Каждый был дитем своей эпохи. И Евгений увлеченно пересчитывал на карте страны: «наши – не наши». Кого было больше? Казалось, наши побеждают по всему миру: в Африке, в Азии, в Латинской Америке. В Советском Союзе насчитывалось 300 миллионов человек населения.

Еще был жив Высоцкий, голос которого хрипел с магнитофонных катушек из каждого двора. Еще не начался Афганистан, не было особого дефицита (можно даже сказать, продукты стоили дешево), и казалось, все будет хорошо.

Наука как призвание

Наверное, из челябинских школ немногие могут служить столь наглядным примером утверждения: «Рейтинг учебного заведения определяется его выпускниками». У Бигильдеева не было колебаний по поводу выбора жизненного пути. Взращенный мудрыми педагогами интерес к профильным для 31- й физике и математике мог быть подкреплен в престижном вузе. Однако на вступительных в МГУ Евгений недобрал баллов. И пришел на физический факультет в Челябинский госуниверситет. Там была кафедра теоретической физики. После окончания ЧелГУ настала очередь аспирантуры в Ленинградском университете, была работа по договорам с Москвой (с Институтом космических исследований, Институтом медико-биологических проблем). Бигильдеев стал часто ездить в командировки по различным научным поводам. Закончилось все сотрудничеством с Объединенным институтом ядерных исследований в Дубне, откуда была прямая дорога в физики-ядерщики. И ведь звали его туда! Бигильдеев первым из советских учёных попал  на  международный симпозиум по микродозиметрии в США (наука о закономерностях энерговыделения вещества в малых объемах в результате воздействия ионизирующего излучения), написал работу «Моделирование взаимодействий излучения с веществом и его применение в радиобиологии и микродозиметрии». Наука ему тогда откровенно нравилась. Да еще такая перспективная – на стыке ядерной физики, теории переноса излучения, радиационной химии и биологии. Прежде всего изучалось воздействие на клеточные структуры. Облучали электронами, протонами, ионами. Сперва дошли до ядра клеток, потом до цепочек ДНК, стали разбираться в причинах разрыва этих цепочек. Бигильдееву удалось выдвинуть гипотезу о механизме образования двунитевых разрывов ДНК. Гипотеза вполне укладывалась в экспериментальные данные в широком диапазоне.

Евгений 10 лет занимался научной деятельностью после окончания вуза и думал, что это уже навсегда. Нетривиальные методы расчетов увлекли всерьез. У него вышло несколько статей в физических журналах. США и Англии. Была публикации в ведущем отраслевом журнале «Radiation Reserch». Но однажды начали-таки возникать вопросы: а где все эти исследования могут найти практическое применение? То ли уже чувствовалось дыхание перемен, то ли деятельная натура искала настоящего дела.

Вынужденный верный шаг

Как потом вышло из науки податься в бизнес? Да как у всех – в бурные 90-е с их кризисами и дефолтами надо было кормить семью. К тому моменту в семье было уже двое детей. В первые постсоветские годы на зарплату ученого жить в материальном отношении стало просто невозможно. Вдобавок периодически возникали житейские ситуации. Когда надо было еще и родственникам помогать. Однажды близкий человек попал в больницу, и накоплений Бигильдеева хватило на  то, чтобы помогать в течение одной всего недели. Общее состояние науки оказалось даже не кризисным, а катастрофичным. Предложение уехать работать в Дубну казалось спасительным. Дальше можно было и о загранице подумать. Большим риском было оставаться здесь и менять всю свою жизнь. Пожалуй, он не может четко объяснить, почему все же остался. То ли реально оценил свои научные способности (а может, недооценил их?). То ли сам стал терять в какой-то момент интерес к физике на фоне общероссийского сумасшедшего дома. Наука же не терпит хаоса. С детских лет и до 25-летнего примерно возраста он соотносил свою жизнь с жизненными графиками великих деятелей: Эйнштейн, Ферми, Ландау. В самом деле, на кого еще было равняться? Все они к 25-26 годам добились величайших научных результатов.Но когда тебе уже 30, а в стране такое, надо менять свою жизнь. Евгений недолго искал себя. Потом построил «Евроокно». Именно так он об этом рассказывает: буднично и скупо. Именно так, без особой публичности и строится успешный бизнес. Как долго еще компания будет работать на рынке пластиковых окон? Наверное, столько же, сколько люди будут жить в домах, которым нужны окна. Сегодня потребность в качественном жилье не удовлетворена. До насыщения рынка еще очень долго. А репутация его компании за эти 10 лет стала только крепче. Согласитесь, удачное стечение обстоятельств.

Из книги "31-й - это имя"

592
Популярное
Лента новостей