Режиссер Олег Иванов: в смерти Катерины виноваты мы все и она тоже
+21°
Сообщить новость
30.11.2010 17:02

Режиссер Олег Иванов: в смерти Катерины виноваты мы все и она тоже

«Гроза» вновь идёт на сцене ТЮЗа, на этот раз в постановке молодого и начинающего режиссёра Олега Иванова.

Рейтинг:
Режиссер Олег Иванов: в смерти Катерины виноваты мы все и она тоже

«Гроза» вновь идёт на сцене ТЮЗа, на этот раз в постановке молодого и начинающего режиссёра Олега Иванова. Насколько удачен его первый опыт на профессиональной сцене читайте в репортаже.

Спектакль «Гроза» А.Н. Островского, которым челябинский ТЮЗе открыл свой сезон, поставлен молодым режиссёром Олегом Ивановым, студентом ТИ им. Б. Щукина. Это его дипломная работа, с которой он будет выходить на защиту диплома. «Гроза» получилась спектаклем, на который действительно стоит обратить своё внимание. Это хорошая, чистая, тщательно продуманная, выверенная, пусть ещё несколько ученическая работа. Этот спектакль отличает его музыкальность, эмоциональность и абсолютная искренность позиции каждого персонажа.

Известна история, когда учительница, выкупила 100 билетов на этот спектакль для учеников свой школы, но, посмотрев его, сдала все билеты обратно. С формулировкой – «очень осовременено». Такое решение она, скорее всего, приняла исходя только из внешних факторов. На сцене вы не увидите громоздкой мебели времён Островского, да и костюмы не соответствуют той эпохе. В остальном, Олег Иванов избежал нарочитой вычурности и излишних экспериментов, которыми славятся многие московские режиссёры в надежде на скандальный успех. Более того, он вместе с актёрами, нашёл какой-то удивительный язык общения со зрителем. В результате которого, после первых двух минут начала спектакля самый сложный зритель – молодёжь – замолкает. А это дорого стоит!

Наш корреспондент побеседовал с Олегом Ивановым и узнал подробности работы над спектаклем. 

- Как получилось, что свой дипломный спектакль вы ставите в Челябинском ТЮЗе и почему именно «Гроза»?

- Изначально я планировал делать дипломную работу со студентами Щукинского училища. Но это очень сложно организовать. Пришлось бы отрывать их от учебного процесса, а они ещё и студенты разных курсов. Так же возникла проблема с площадкой, т.к. затянулся выпуск спектакля, который был запланирован до меня. А потом я решил позвонить В.В. Харюшину. Он сказал, что есть возможность постановки в ТЮЗе. Позвонил Розе Захаровне (директор челябинского ТЮЗа) Она предложила два названия «Гроза» и «Жестокие игры». У меня тоже были названия. Но когда приходишь в новый коллектив, с художником, актёрами, становится страшно, что вдруг твою концепцию, твоей любимой пьесы, не поймут, не примут, сломают. Я подумал, перечитал «Грозу», прикинул, что можно сделать и мне показалось, что это может получиться. У Розы Захаровны, так же были свои планы на эту пьесу, т.к. она затрагивает тему семьи. А это одна из важнейших тем, которую должен затрагивать ТЮЗ. И я решил, почему бы не пойти на встречу. 

- С чего началась ваша работа над пьесой?

- Всё пошло от названия. Почему «Гроза»? Как правило, под грозой понимают Кабаниху. Но название, на мой взгляд, должно объединять всех. Но некоторых, скажем Бориса или Кудряша, Кабаниха касается лишь стороной. Потом мне в голову пришла одна мысль и мне кажется, что у Островского ей есть подтверждение. Все герои пьесы находятся в состоянии напряжения, либо социального, либо психологического. В социальном, например, Кудряш, а в психологическом – Тихон, Катерина. А гроза, как стихийное, природное явление, являясь для всех событийным моментом, всех героев на что-то определённое сподвигает. Как известно Островский работал в суде и прекрасно понимал, как построено общество - у кого есть деньги, тот и хозяин в доме. Думаю, вряд ли он с этим был согласен. И пьеса так построена, что в какой-то момент, вся эта иерархия разрушается. Как в карнавале, когда «верх» меняется с «низом». Люди выпадают из этой стройной системы и совершают то, что велит им их чувство, природа.

- Вы, вместе с художником по костюмам, так постарались, что с первых же секунд понятно, кто из персонажей, к какой социальной ступени принадлежит. А к кому принадлежит Кулигин? С одной стороны в одной из сцен вы ставите его на импровизированную трибуну с достаточно серьёзными высказываниями обращенными в зал: «Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие», например. С другой же стороны, на его спине надпись «Псих».

- Кулигин – принадлежит творческой интеллигенции. Актёры, музыканты, они асоциальны, на мой взгляд. И в этом и плюс и минус. Актёр может скатиться в самодовольство: я такой хороший и восхитительный. А на самом деле, ничего из себя не представлять. А может, наоборот, посмотреть на всё происходящее вокруг и адекватно рассказать об этом со сцены. Кулигин смотрит со стороны и обвиняет и себя и Дикого, всех нас, за наши страхи, за наш консерватизм. А почему «псих»? Потому что любой человек, в глазах окружающих, общества, пытающийся найти «Perpetuum Mobile» безусловно, псих. Но для меня было важно убедить всех в обратном. И это было очень сложно. Даже актёр исполняющий роль Кулигина был на стороне Дикого, так же считал своего персонажа психом. Но главное тут в том, что не важно, возможно изобрести «Perpetuum Mobile» или невозможно, главное в желании помочь людям. Кулигин человек ренессанса. Уверен, что всё лежит в человеке, и надо стараться, а уж что будет… Может быть и действительно можно изобрести «Perpetuum Mobile», кто знает.

- Кто виноват в смерти Катерины?

- Мы все и она тоже.

- Кто она для тебя? Действительно «луч в тёмном царстве» или есть в ней всё-таки какая-то червоточина?

- Не ясно до сих пор. Для меня она тот человек, который просто не может жить на этой земле. Столь она бескомпромиссна. Катерина не может лгать, не умеет. А Мир так устроен, что мы не можем всё время не лгать. Что-то всегда скрываем, где-то что-то приврём, преувеличим. А она не может так, внутренне не может. Для меня прообразом Катерины является певица Земфира. Мне кажется, что Земфира идёт по жизни, слушая себя. Она может быть и острой и жёсткой, но чувствуется, что она очень ранима, такая и Катерина.

- Когда Борис первый раз появляется на сцене у него разбит нос, течет кровь. Да и вообще, он не производит впечатления «героя любовника», ради которого можно пойти на смерть. Почему Катерина вдруг полюбила его?

- Он ей кажется свободным, честным, дерзким - даже с разбитым носом, он не боится отвечать на нападки Дикого. Такой он предстает в её глазах. А на поверку оказывается, что это тот человек, который идёт лишь за своими желаниями. Как только он добился Катерины, у него возникли следующие планы. Он сразу вспоминает про сестру, про наследство, ему хочется двигаться дальше. Но и вину на себя он брать не хочет. Потому и сцена прощания с Катериной такая длинная. Ему нужно, чтобы она сама взяла на себя решение и отпустила его.

- Почему такие костюмы? Они как будто собраны из разных эпох.

- Мне нужно было через костюм выявить роль каждого. В костюмах времён Островского, это было бы сложнее. Спектакль должен быть понятен зрителю. С одной стороны он должен узнавать, понимать, кто перед ним, а с другой стороны мы должны его подтягивать до какой-то идеи. Мы старались и через костюм выявить содержание человека, если он богатый, он должен выглядеть богато. Если делать костюмы того времени – «богатый» и «бедный», то молодые люди сидящие в зале, кто есть кто, не поймут. Им для этого нужно было бы пройти курс по истории костюма.

- Это Ваша первая встреча с профессиональными артистами. Как работалось? Помогло ли то, что в труппе театра много ваших однокурсников ещё по ЧГАКиИ?

- Да, конечно. С однокурсниками было легче найти язык. Но и с Ольгой Васильевной Теляковой, народной актрисой, тоже сразу сложился контакт. Когда изначально прикидывал распределение ролей, сразу подумал дать ей роль Кабанихи. Но потом, если честно, испугался. Во-первых, она народная актриса. Во-вторых, ей всегда удаются роли эффектных женщин. Как она прекрасна в роли Эдит Пиаф, например. Я решил, что её эффектность всё затмит. А потом мы почитали пьесу, поговорили и стали работать. И стало ясно, что все мои сомнения были напрасны.

- Неужели всё было гладко в процессе работы?

- Конечно, были какие-то моменты непонимания. Или, например, столкнулся с такой проблемой, когда актёры общались на площадке только посредством слова. Очень сложно было добиться, чтобы они играли всем телом, всей психофизикой, не только на уровне текста. Для меня, как для всякого щукинца, очень важен раздел «наблюдения», который в нашей школе стоит во главе угла. К сожалению, актёр очень часто играет только одного себя. Никакой работы над образом. А мне, кажется, что в театре необходим момент узнавания. Когда зритель смотрит на сцену и понимает: «а! точно! как Васька из соседнего подъезда!» Но насколько сложно заставить актёров наблюдать, видеть прообраз и вносить эти черты в своего персонажа. Когда мы репетировали с Андреем Гаврилюком Дикого, я в чём-то отталкивался от образа моего художественного руководителя - Валерия Фокина. Это человек определённого уровня. Он по-другому общается, на другом уровне. Смотрите, даже в фамилии Дикой есть резкость – дикий, глава концерна какого-нибудь. А Андрей, по своей сути, человек мягкий и потому в роли Дикого для него много потенциала. Он может в этой роли расти, в сторону жёсткости, смелости.

- Как вы себя сейчас чувствуете? Первый спектакль. Открытие сезона. Появилось ли какое-то ощущение важности самого себя? 

- Есть такое ощущение. Оно то появляется, то пропадает. Но, чем-то мне оно не нравится. Когда начинаешь собой сильно гордиться, думаешь о себе: «Вот я какой! Иду по коридору, важный!» Смешно. Это либо есть, либо этого нет. Недавно смотрел интервью с Фокиным, и он очень точно сказал, что в каждой последующей работе ты дебютируешь. Можно всё заново начать, постараться найти другой путь, новый даже для самого себя.  Это очень рискованно, но на мой взгляд очень верно. 

- Роза Захаровна довольна?

- Вроде бы, да.

- Дальнейшие планы?

- Есть несколько названий, пока не буду говорить. Но хочется делать такие спектакли, которые адресованы и к детям и к молодым, с определённой внутренней идеей. Это очень важно. Мы же своими спектаклями учим молодого зрителя. Даже в сказках предлагаются какие-то ситуации и выходы из них. И ребёнку важно увидеть, что с одной стороны всё плохо и ничего не получится, но с другой – можно всегда найти выход. Тоже касается и спектаклей для молодёжи, более сложно, но тоже самое. С одной стороны, смотри, вот он - ущербный путь – вроде всё легко и хорошо начинается, но к плохому приводит. А с другой стороны показать, смотри человеку плохо, а он побеждает. Показать другую линию, и показать максимально ярко, что бы это их задело. Вот в мюзиклах, часто бывает такой герой, который обладает, какой-то глупостью в хорошем смысле. Вроде  Иванушки-дурачка, он всегда верит, что всё будет хорошо. Его бьют, а он верит в лучшее и всё действительно становится хорошо. Важно как ты сам себя настраиваешь. Все спектакли должны складываться в идею, что всё в твоих руках. Ты можешь всю свою жизнь полностью загубить, а можешь добиться своей мечты. Всё в тебе заложено.     

 Юлия Караван

 

772

Если вы стали очевидцем какого-либо события или просто обнаружили важную новость, присылайте ее нам

Не забудьте подписаться на нас в соцсетях:

Популярное
Лента новостей