09.01.2012 15:39

Александр Кузнецов: «Я сыграл противоположную себе по складу личность!»

Рейтинг: 0
Александр Кузнецов: «Я сыграл противоположную себе по складу личность!»
Несколько вопросов, которые я задала Александру Кузнецову, министру образования и науки Челябинской области, возможно, показались ему неожиданными. Я ведь не спрашивала его о проблемах отечественного образования, перспективах перехода на болонскую систему и прочих серьезных вещах. Мне захотелось понять, каков он сам, наш министр образования Челябинской области. В конце концов от него кое-что зависит в жизни многих студентов. Может, и в моей жизни тоже. И образ человека постепенно начал складываться. Надеюсь, я смогла передать его читателям таким, каким увидела. Тем более что общение получилось очень увлекательным и в чем-то познавательным.
 
— Александр Игоревич, недавно Вы примерили на себя роль актёра театра, сыграв в постановке «Ревизор» на сцене театра драмы. Опишите, если можно, полученные эмоции.
 
Я спокойный человек, особо не огорчаюсь, особо не радуюсь чему-либо. Но в данном случае эмоции были на самом деле яркие, неподдельные. Судя по реакции зрительного зала, постановка нам удалась. Со скидкой, конечно, на любительский уровень тех, кто в ней был задействован.
Любое театральное действо – не просто индивидуальная работа тех, кто был на сцене. Прежде всего это командная работа многих людей. Важно, чтобы каждый из участников выложился настолько, насколько это возможно. Во время работы над «Ревизором» нам это удалось.
 
— Вы сами выбирали для себя роль?
 
В данном случае выступил в качестве подчинённой фигуры. В области культуры есть специалисты, которые гораздо лучше в этом разбираются. Велика заслуга нашего режиссёра-постановщика Павла  Каштанова. Он подобрал соответствующие образы. Изначально роли подбирались по должности. В процессе подготовки проявлялось, кто на что способен. Я сыграл противоположную мне по складу характера личность. На самом  деле я совершенно не такой, как Лука Лукич (смеётся – прим. автора). Но сыграл – и кажется, удалось. Были те, кому не удавалось. Пришлось их на другие роли переставлять. Это уже режиссёрский процесс, свои хитрости.
 
— Это Ваш первый актёрский опыт?
 
Если не считать того, что 40 лет назад в детском саду я играл человека рассеянного с улицы Бассейной, то да (смеётся – прим. автора).
 
— В одном из интервью Вы сказали, что в детстве, как и все дети, мечтали быть актёром. Впоследствии стали преподавателем, что сродни в какой-то мере деятельности артиста. Почему Ваш выбор пал именно на историю?
 
У очень многих выбор профессионального будущего отчасти случаен. В школе я учился отлично по всем дисциплинам, экзамены сдал на все пятёрки. Был потенциал получить образование или естественнонаучное, или гуманитарное. Я вдумчиво выбирал, куда мне пойти. Отец видел меня строителем. Он хотел, чтобы я пошёл на факультет промышленного и гражданского строительства ЮУрГУ. На момент окончания школы я тесно общался со своим дядей, который увлекался историей, нумизматикой. Это общение и сыграло свою роль. В последний момент, за месяц-полтора до подачи документов,  я определил, что пойду поступать на исторический факультет ЧелГУ. В выборе, думаю, я не ошибся. Хотя история не является моей профессией в жизни, я до сих пор её люблю. У меня дома много исторической литературы.
 
— Приходилось Вам когда-нибудь участвовать в археологических экспедициях?
 
Только этим и занимался, пока был студентом! Моя дипломная работа и все курсовые были связаны с археологией. По окончании учёбы на основе проделанной работы защитил диплом по теме «Гороховская культура раннего железного века лесостепного Зауралья».
Была тяга к древности, к романтике. Археология — романтическая профессия. Конечно, не настолько романтическая, как у Индианы Джонса. Когда смотришь фильмы про него, кажется, что археологи то и дело находят хрустальные черепа, чаши Грааля. На самом деле всё гораздо прозаичнее. Мои первые раскопки были интересными. Это целая история. Позже она была описана одним из моих коллег — Сергеем Евгеньевичем Баталовым, профессором, доктором исторических наук. История отчасти документальная, отчасти нафантазированная. Сергей Евгеньевич описывает, как два студента участвуют в археологических раскопках кургана Темир в Березинском совхозе Чесменского района. Это были мои первые раскопки после первого курса. Обнаруженные находки хранятся сейчас частично в Эрмитаже, частично в музее археологии ЧелГУ и в областном Краеведческом музее. Это те образцы, которые я держал в руках: наконечники стрел, копья, керамика, бусы. Курган Темир сейчас воссоздан в натуральную величину на Аркаиме. Там есть заповедник, в котором имеется музей, жилища каменного века и сам курган Темир.
Летом археологи вели раскопки, зимой занимались обработкой: описывали и зарисовывали находки. Помню, как научился рисовать горшки неправильной формы. Потом всех в лаборатории научил. Вот скажите, как вы будете рисовать на бумаге не круглый горшок, а, предположим, обычную плоскую флягу? Нарисовать её надо в натуральную величину…
 
— Не знаю.
 
Берётся обычный горшок округлой формы (может, даже ручной работы), кладётся на лист бумаги. Далее берётся угольник, приставляется к краям, чтобы поставить реперные точки (показывает – прим. автора). Потом точки соединяются, и получается контур горшка. С рисованием фляги неправильной формы оказалось сложнее, потому что она не круглая, а уплощённая. Если её поставить на ребро, она падает. Приходится поддерживать. Для карандаша не остаётся свободной руки. Но выход был найден. У археологов экспонаты хранятся в маленьких коробочках. Коробочка по диаметру совпадает с флягой. Я насыпал в неё песок и ставил туда образец. До меня почему-то никто не додумывался до этого простого приёма в лаборатории.
 
— Появлению такого хобби, как нумизматика, как я понимаю, поспособствовал Ваш дядя. Какая самая значимая монета в вашей коллекции?
 
Сейчас я уже не так увлекаюсь нумизматикой, времени не остаётся. Монеты интересуют меня как исторические знания о носителях этих артефактов. Любая из них является консервированным выражением истории культуры очень многих народов. Обычно люди относятся к монете как к платёжному средству, хотя отчасти это произведение искусства. В то же время монеты - средство хранения капитала, если речь идёт о драгоценных монетах. То же можно сказать об обыкновенных, они с течением времени дорожают. Меня в монетах привлекает то, что в каждой из них содержится констатируемое выражение истории того народа, который эту монету отчеканил. Откуда герб появился? Почему именно такая технология изготовления? Почему такой металл используется? На каком печатном дворе и почему отчеканена данная монета определённых весовых характеристик? Самые различные технологические процессы, связанные с историей, увлекают. И это касается не только нумизматики. Коллекционирование марок не менее интересная тема. Я собирал в детстве значки и марки. Страсть к коллекционированию способствует систематизации знаний. Любая коллекция - это систематизация, классификация. Коллекционированием полезно заниматься любому человеку.
 
— Занимая должность министра, Вы уже не так соприкасаетесь с учениками. Скучаете по преподавательской деятельности?
 
Я не перестал заниматься преподаванием. Другое дело, что в школе я не преподаю. На данный момент решил сделать перерыв, но до этого пять лет работал со студентами ЧГАКИ. Сейчас работаю на курсах повышения квалификации уже со взрослым контингентом: с учителями, воспитателями, директорами. По сути дела, там такая же работа. Без преподавания мне бы, наверное, сложно было. Я всё равно в душе остался учителем. Министр – это должность не вечная, и я всегда это осознавал. А учительский хлеб был и будет востребован.
 
— Без какого качества Вы бы не обошлись, выполняя свою работу?
 
Качеств должно быть много, нельзя выделить самое главное. Необходимы ответственность, порядочность, способность держать слово. Много положительных качеств должно быть у любого человека. Наверное, умение считать, читать, писать, говорить, в конце концов. Плох тот министр, который не умеет говорить и плохо считает, притом бюджет его отрасли составляет почти 20 миллиардов рублей.
 
— Согласны ли Вы с тем, что наша система образования ориентирована на западный образец, или же она уникальна?
 
Это вечный спор западников и славянофилов. Одни говорят, что мы должны жить как на Западе, другие твердят, что у нас самобытный путь, ни на что не похожий. Истина, как правило, посередине. Мне кажется, правильно, что мы берём некоторые позитивные вещи у Запада: бакалавриат и магистратуру. Учиться, например, в вузе на учителя 5 лет — это излишество. Я сам, пройдя студенческие годы, пять лет проучившись на факультете ЧелГУ, понял, что смог бы окончить его без проблем и с тем же качеством за три года. На мой взгляд, чем-то можно было вполне пожертвовать. Сейчас предлагается готовить того же специалиста за четыре года - бакалавра. И так по большинству специальностей, которые есть в нашей стране. Не важно, сколько человек обучается, учиться он должен всю жизнь. Если речь идёт о вузе, важен не срок обучения, а эффективность. За  четыре года можно подготовить хорошего учителя. Но во-первых, студент должен хотеть учиться, так как обучение - обоюдный процесс. Во-вторых, преподаватели должны быть грамотными, квалифицированными, владеющими современными технологиями. Нет ничего зазорного в том, что мы берём опыт Запада. Пётр I тоже много чего заимствовал, и хуже не стало. Без сомнения, у нас есть своя специфика. У нас очень протяжённая территория страны, в связи с чем не очень развита инфраструктура. Другое экономическое положение, другое культурное историческое развитие, нежели в западных странах. Там был другой путь становления высшего образования и образования вообще. Интеграционные процессы идут, и чем дальше, тем больше. Говорить, что российская система образования ни на что не похожа – глупости.
 
— Бытует мнение, что ЕГЭ, в сущности, не показывает реальный уровень знаний.
 
Я бы сказал, что он показывает уровень обученности человека. На мой взгляд, это правильная процедура. Она нужна, но абсолютизировать её не надо. Когда человек выходит из школы, нельзя о его уровне образованности судить только по ЕГЭ. Не факт, что выпускник, получивший 100 баллов на ЕГЭ — это образованный человек. Он обучен по конкретной дисциплине. Образование — это ещё и воспитание, и развитие, и способность к самообразованию, то есть наличие неких компетенций, умений, навыков осваивать окружающий мир, получать знания, уметь учиться в дальнейшем. Мне 47 лет, но я никогда не переставал учиться. Всегда читал умные книги, журналы. Не в плане получения новостей, а в плане образования, потому что если остановишься на месте, тебя обгонят другие.
 
— Что Вы сейчас читаете? Какая книга лежит на рабочем столе?
 
Из литературы на ходу читаю детектив Рекса Стаута. Не так давно перечитал классиков нашей и зарубежной фантастики. До этого читал российскую классику. У меня есть полные собрания сочинений разных авторов. Просто беру и читаю всё подряд. Сейчас решил перечитать детективы.  Стаут – классика детективного жанра.
 
— Театр считаете образовательным аспектом? Часто туда ходите?
 
Не скажу, что я театрал и что не пропускаю ни одной постановки. Достаточно спокойно отношусь к театру, больше кино люблю. Но если хорошая постановка и актёры, почему бы не сходить? Предпочитаю классический театр. Авангардные постановки, даже если там замечательные актёры, меня коробят. Смотрел несколько классических спектаклей, которые режиссёр преподнёс в стиле модерн. Реквизит, который использовался в постановке, был необычным.  В некоторых случаях бывают театральные поиски, но мне они не совсем понятны. То же самое в литературе и живописи. Не понимаю авангардную живопись. Всё время вспоминаю историю, услышанную ещё студентом во время экскурсии по Эрмитажу. Группа туристов зашла в зал Пикассо. Экскурсовод остановила нас у картины «Архитектор». Смутно угадывается контур сидящего мужчины, тело которого, по сути дела, прорисовано разноцветными треугольниками, квадратами, кругами. Женщина рассказала нам, что в каком-то там году Луначарский пригласил Ленина в Эрмитаж и показал на картину «Архитектор» великого художника Пикассо. Ленин постоял-постоял возле этой картины, посмотрел-посмотрел, а потом говорит: «Анатолий Васильевич, а вот вам бы хотелось, чтобы вас так изобразили?» (смеётся – прим. автора). Луначарский не нашёлся, что ответить, и они пошли дальше. Видимо, не все понимают это искусство. Наверное, и я такой же.
 
— Александр Игоревич, очём бы Вы спросили у себя, оказавшись на моём месте?
 
Надо что-то умное спросить, да? (смеётся – прим. автора). Можно, наверное, много вопросов назадавать. Какой из них главный… Когда работал в школе и в вузе, всё время начинал учебный год с одного вопроса, учитывая, что вёл курс обществознания, который обычно начинается с философии. В её основе лежат глобальные вещи, которые могут быть выражены одним вопросом: «Для чего вы живёте?». Вы могли спросить у меня: «А зачем вы живёте, Александр Игоревич, для чего?» Я всегда задаю такой вопрос ученикам: «Ребята, а для чего вы родились?». Если просто умереть, то это глупо. Мы знаем, что человек рождается, растёт, но, в конце концов, всё равно умирает, даже если он этого не хочет. Бессмертных не бывает. Тогда возникает вопрос: «А зачем мы родились?» В чём смысл жизни отдельного человека и человечества в целом? Это многих ставит в тупик, потому что многие об этом не задумываются. На мой взгляд, если человек не отвечает самому себе на этот вопрос, ему сложнее жить. Цели жизни не на меркантильном уровне: поесть, попить, поспать — всё это на уровне физиологии. То, что на высшем уровне пирамиды Маслоу, потребности самого последнего пятого уровня. Есть такие потребности у человека или нет? Есть такая большая цель или нет? Если человек ответит на этот вопрос положительно, ему будет легче выстраивать свой путь, легче жить. И на склоне лет он не почувствует себя бесполезным. Поэтому вопрос простой: «Зачем вы живёте?».
 
Анастасия Шкитина, Дворец пионеров и школьников им. Н. К. Крупской, творческое объединение юных корреспондентов «БонЖур»

 

683
Популярное
Лента новостей