Другой город
Челябинск
Среда 20 сентября, 2017 07:03 +18°
Новости в Челябинске
05.10.2013 11:43

К оппозиционерам и единороссам население России относится одинаково равнодушно

К оппозиционерам и единороссам население России относится одинаково равнодушно

Более половины жителей России не хотят жить по соседству и работать с алкоголиками, пьяницами, гомосексуалистами и лесбиянками. А вот оппозиционеры и единороссы не нравятся сравнительно небольшому числу россиян. По 8% и 6% соответственно. Такие данные получил Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) в процессе подготовки обстоятельного исследования на тему российской идентичности. Опрос под названием «Современная российская идентичность: измерения, вызовы, ответы» был проведен по заказу международного дискуссионного клуба «Валдай» и должен был помочь ответить на вопрос: «Кто такие россияне?» На форуме эта тема была заявлена в качестве основной. Однако она не слишком заинтересовала «валдайцев». Все внимание перетянули на себя сирийский вопрос и оппозиционные выступления. Тогда как нам результаты опроса представляются весьма любопытными.

Например, треть россиян не причисляет себя ни к каким социальным группам и отвечает: «Я сам по себе». При этом более 80% считают себя патриотами. Интересные результаты исследования получились и в части территориальной идентичности. 56% россиян считают российской территорией принадлежащий Украине Крым. Южная Осетия и Абхазия, по мнению 30% опрошенных, тоже Россия. А вот российские Дагестан и Чечня, по представлению более половины респондентов, не наши. Еще меньший процент получили жители этих территорий. Дагестанцев, чеченцев, ингушей своими считают только 7% россиян. Тогда как украинцы, имеющие отдельное независимое государство, признаются своими. За это проголосовало 44% опрошенных.

С другими результатами данного исследования вы можете ознакомиться лично, скачав его с нашего сайта. А о том, какие выводы можно сделать из проведенного опроса, мы поговорили с гендиректором ВЦИОМ Валерием Федоровым.

– Валерий Валерьевич, ваше исследование, надо полагать, должно в первую очередь помочь ответить на глобальный вопрос: «Кто такие россияне?» Так кто же они такие?

– Валдайский форум – это собрание умных людей. Русских и иностранцев, которым интересна Россия и которые хотят знать о нашей стране больше. Наша задача заключалась в том, чтобы дать некоторые объективные данные, которые помогли бы этим умным людям высказать не просто предположения, а аргументированные суждения о том, что же собой представляют современные русские. И мы эти данные предоставили, не претендуя при этом на истину в последней инстанции. Ведь вопрос идентичности очень глубокий, сложный и многомерный. Нет единого подхода даже к определению этого понятия. А вот какие выводы сделает каждый из участников – это его право и его ответственность. На мой взгляд, есть ряд проблем в нашей идентичности, которые пока не позволяют назвать ее окончательно сформировавшейся. Кто такие россияне? Граждане России, владеющие русским языком, независимо от происхождения? Или исключительно русские по крови? Или получившие воспитание в русской среде и культуре, вне зависимости от гражданства и места проживания? В Германии, например, немец – это немец, остальным получить немецкое гражданство очень тяжело. А чтобы стать гражданином США, достаточно признавать Конституцию страны, владеть основами языка и пообещать трудиться на благо Америки.

В России пока не сложилось общего мнения относительно идентичности. Картина сложная. Кроме того, во всем мире идентичность испытывает пресс со стороны глобализации. Границы прозрачные, люди передвигаются свободно. Товары, идеи, деньги тоже движутся свободно. Еще 20 лет назад ситуация была совершенно иной. И не только в СССР. Но и в Индии, например, и в Китае. Теперь все открыты. Ты можешь сравнивать и выбирать, где лучше. При современных коммуникациях нет разницы, в каком из глобальных городов ты живешь: в Москве или Лондоне. Но это не только возможность, но и вызов. Под угрозой все: и европейская идентичность, и китайская, и американская.

– И какие же вы видите вызовы российской идентичности, какова ее главная проблема?

– У современной российской идентичности есть и сильные стороны, и слабые. К сильным я отношу, например, то, что большинство россиян сегодня считают себя патриотами. А ведь еще совсем недавно, в 90-х, называть себя патриотом в России было неприлично. Само слово считалось ругательным. Теперь – ни в коем случае. Ты можешь критиковать власть, быть оппозиционером и при этом считать себя патриотом! И это огромный шаг вперед.

Другой сильный элемент заключается в том, что мы смирились с тем, что наша страна уже не империя, не разрушившийся СССР, а государство в тех границах, которые сложились в 1991 году. Хотя ментальные представления о границах России не вполне совпадают с юридическими. Есть, например, крымский «аппендикс», который юридически принадлежит Украине. Но, по мнению большинства россиян, Крым является российской территорией. Хотя все признают, что Украина – отдельная страна. То есть в целом имперский комплекс отсутствует, мы приняли новые геополитические реалии и не мечтаем о несбыточном, не хотим возродить СССР – но по Крыму у нас есть вопросы к Украине.

С другой стороны, значительную часть наших территорий, которые называются национальными республиками, многие из россиян не склонны считать Россией. Существует глубокое и широко распространенное отторжение таких республик, как Ингушетия, Дагестан, Чечня. Москвичи, жители других центральнороссийских территорий очень часто не считают, что на Кавказе живут такие же российские граждане, как они сами. С такими же правами, как у нас. Это огромная мина и под нашей идентичностью, и под государственным зданием в целом.

– В продолжение того, что вы сказали. По вашему опросу, 44% респондентов считают русскими приехавших в Россию украинцев, а дагестанцев и чеченцев, живущих в России, к русским причисляют только 7%. Почему, на ваш взгляд, украинцы свои, а северокавказцы – чужие?

– Действительно, дистанция до белорусов и украинцев, которые являются представителями наций, имеющих собственные государства, гораздо меньше, чем дистанция до представителей национальностей, проживающих на территории российского Северного Кавказа. С первыми дружим, со вторыми – нет. Хотя они наши граждане! Это значит, что на культурном и психологическом уровне мы чувствуем от них угрозу. Отсюда – нежелание заниматься их проблемами, жить с ними в одной стране. Социально-политические последствия этого феномена очень опасны. Это та самая мина, о которой я говорил выше. Тот разлом и разрыв, на преодолении которых наше государство, наш политический и интеллектуальный класс, образовательная система и другие институты должны сосредоточить свое внимание. Если мы не остановим этот опаснейший процесс, через какое-то время у нас не будет никаких оснований считать Северный Кавказ своим. Тогда нас как страну, как нацию накроет с головой – уже по второму кругу всего за несколько десятилетий. Это нанесет сильнейший удар по нашей государственности, а нации принесет тяжелейшую психологическую травму, сравнимую по тяжести с той, что мы получили при развале СССР.

– У вас есть свое представление о том, как решать проблемы российской идентичности?

– Идеальная мера для укрепления идентичности – это внешний вызов. Причем экстремально жесткий, например война. Вспомните, когда у нас началась война с Грузией в 2008 году, все вдруг сразу почувствовали себя русскими и стали гордиться державой. Во времена войн идентичность крепнет, во времена мира – ослабевает. Во времена затяжных кризисов – социальных и экономических – еще более ослабевает. Представьте, какие удары выдержала американская идентичность во время Великой депрессии: десять лет полной безнадеги! Похожая ситуация в 90-х годах случилась у нас, когда мы переживали тяжелейший трансформационный кризис. Все пытались искать себе другую, отличную от российской идентичность, даже в результатах переписи это фиксировалось. Тогда резко выросло число тех, кто причислял себя к другим народам и национальностям. Сейчас наблюдается обратный процесс. Так что для укрепления идентичности нужны серьезные вызовы. Но, дай Бог, войны все-таки не будет. Поэтому должна быть определенная политика государства. Как формируется идентичность? Единый язык, единые права, единые стандарты, единый курс истории в школах, единые ценности, поддерживаемые и транслируемые массовой культурой (например, кинематографом).

– В вашем опросе более трети респондентов не относят себя ни к каким социальным группам. Ни национальным, ни конфессиональным. Я, мол, сам по себе. А из предложенных вариантов идентичности выбирают расплывчатую формулировку «граждане России». А может быть, вопрос идентичности в принципе чужд общественному сознанию россиян?

– Тут мы переходим на зыбкое поле рассуждения о национальном русском характере. Несмотря на то что все люди разные, различие, скажем, между разными русскими зачастую меньше, чем между похожими русскими и американцами. Я имею в виду людей одного возраста, пола, образования. В разных ситуациях они ведут себя по-разному просто потому, что один русский, а другой – американец. У каждой нации есть набор общих характерных черт. У русских такой чертой является крайнее свободолюбие, доходящее до анархизма. Эта черта сформирована и климатом, и укладом жизни, и нашими гигантскими просторами, и драматичной историей. Русским всегда было куда убежать. Но это свободолюбие имеет обратную сторону – недоговороспособность. Ну не умеем мы договариваться! И даже когда говорим: «окей, договорились» – в то же время думаем: «я сам себе на уме, сама голова и буду поступать так, как считаю нужным». Что можно противопоставить такому анархизму? Только сверхжесткое государство. Каким оно всегда и было в России. Поэтому полный отказ от причисления себя к какой бы то ни было общности имеет глубинные корни в нашей национальной психологии.

Но есть и конъюнктурный момент – это наследие болезненных 90-х годов, которые оставили после себя ощущение несправедливости. Сегодня 80% россиян считают, что наше государство устроено несправедливо, что оно должно им гораздо больше, чем дает на практике. Это следствие обиды и разочарования, когда в конце 80-х думали, что сейчас все перестроим и у нас наступит потребительский рай и демократия, как в Америке, – но рая не получилось. И мы теперь считаем, что человек человеку – волк, круг доверия резко сузился. Доверяем в лучшем случае членам семьи, паре-тройке друзей. Верим отдельным личностям, которых знаем лично – или думаем, что знаем. Вот Путину верим, а депутатам – не верим, и суду не верим. Вот такая конъюнктура.

– Тема идентичности на Валдае была заявлена в качестве основной. Однако она не слишком заинтересовала участников. Их больше волновали сирийский вопрос и тема оппозиции. Как думаете, почему? Насколько актуален вопрос идентичности в обществе?

– Жареные факты, темы и лица всегда вызывают рефлекторную реакцию. Даже у умных людей, которых называют экспертами. И когда на форум приезжает министр обороны, Ксения Собчак и Илья Пономарев, внимание переключается на них. И тема идентичности уже не важна. Потому что министр обороны осуществляет текущее управление, а оппозиционеры вообще не мыслят о будущем концептуально. Они говорят: «Партия, дай порулить! Мы все будем делать иначе, воровать не будем и вообще мы – лучшие, а вы уже всем надоели». Вот и весь их дискурс! Содержательных вещей там нет. Но эксперты, особенно иностранные, раскрыв рты и развесив уши, слушали их.

– То есть народ пока не понимает, о чем речь?

– Главное – чтобы это понимал интеллектуальный класс. Поскольку без сформированной идентичности, без базовых принципов мы не сможем принимать целый ряд важных решений – стратегических и тактических. Возьмем вопрос иммиграции: это вызов для любой идентичности. Россия сегодня по числу мигрантов занимает второе место в мире после США. Это значит, что мы как страна для иностранцев весьма и весьма привлекательны. И это прекрасно. Но сами по себе мигранты, да еще в таком количестве (11 млн), создают огромные сложности. Они вызывают в нашем обществе и раздражение, и опасения, и даже негодование. Как нам жить с мигрантами, значительная часть которых осядет здесь надолго, если не навсегда? Пока эта дискуссия ведется на уровне «всех выгнать назад в их аулы и кишлаки». Но это же чистой воды идиотизм, некомпетентность и нежелание смотреть в глаза реальности. И проблема не в визах или в санобработке иммигрантов. Проблема глубже – как интегрировать этих людей в наше общество? Об этом надо думать! Может ли выходец из Ферганской долины, проживший в России, допустим, пять лет и принявший российское гражданство, но при этом плохо говорящий по-русски, живущий с тремя неофициальными женами и десятью детьми, считаться россиянином? Ответ на этот вопрос без общепризнанного, консенсусного представления о том, что такое «россиянин», не найти. А такого представления пока нет. Если мы не решим проблему интеграции мигрантов, мы обречены на жесткую политическую борьбу, на этническую преступность, на раздражение коренного населения. Все это есть и сейчас, но ситуация будет только ухудшаться. И на этой волне к власти будут рваться ультраправые популисты типа Ле Пена и Навального.

– Вопреки расхожему мнению, что русские любят выпить, 65% в вашем опросе сообщили, что не желают видеть своими соседями или коллегами по работе алкоголиков и пьяниц. На втором месте гомосексуалисты и лесбиянки – 51%. При этом 28% не хотят жить по соседству с гомофобами. Оппозиционеры не нравятся только 8% опрошенных, а единороссы – 6%. Какой из всего этого вы бы сделали вывод?

– Это значит только то, что политические различия не являются значимыми. Неважно, кто ты – коммунист или единоросс. Важно, хороший ты человек или плохой. А кто такие гомофобы, я думаю, большинство просто не знают.

– Вы уже говорили о том, что сегодня много россиян считают себя патриотами. По опросу, 32% опрошенных назвали себя патриотами безусловно. Еще 44% ответили, что ощущают себя патриотами. А какой смысл россияне вкладывают в это понятие?

– Это любовь к России в целом, любовь к Родине, как большой, так и малой. Любовь к русской культуре, языку, к русской природе. В некоторых случаях – готовность работать во имя страны и защищать ее.

На Валдайском форуме президент Путин, в частности, заявил, что мы должны гордиться своей историей и нам есть чем гордиться. А национальная идентичность может быть предметом гордости?

– Ни в коем случае. Предметы гордости – это наша история, наши победы в спорте, наша культура, наша природа, наша наука и ее достижения, русский космос, великие люди нашей страны. Да, нам есть чем гордиться. Хотя еще 15 лет назад считалось неприличным гордиться своей страной. Сейчас другая проблема – дефицит современных крупных достижений и соотечественников-современников, которыми можно гордиться. Гордиться Абрамовичем и вхождением еще десятка россиян в топ списка журнала «Форбс» – мы как нация не готовы. Потому что в большинстве своем считаем, что они не заработали своим трудом миллиарды, а хапнули их у государства. Вот Гагариным гордятся – но это же было 50 лет назад! Поэтому мы все время смотрим назад, а не вперед, в поисках предметов гордости вспоминаем историю. Сегодня нам очень нужны великие свершения. Возможны ли они? Это большой вопрос. В том числе и потому, что у нас слишком высоко задрана планка. Ну что может сравниться с индустриализацией, когда за десять лет аграрная страна превратилась в промышленную державу? Что может сравниться с победой в Великой Отечественной войне, с первым полетом в космос? С восстановлением страны из руин за семь-десять лет после войны? А стратегия «малых дел» русского человека с присущим ему размахом, широтой, масштабом – не вдохновляет.

– Как вы думаете, что необходимо сделать для укрепления единства общества, нации и государства? Вокруг какой идеи можно сплотить российский народ?

– Одной чудотворной идеи точно не найти. Уже искали – получился смех один. Вместо того чтобы искать национальную идею, надо сформулировать, что нас объединяет – и что нас отличает от других народов. Сформулировать, согласовать и имплементировать в учебные курсы, в государственные символы, в телесериалы на госканалах, в государственно спонсируемые кинофильмы. В каком-то смысле – даже в условия предоставления иностранцам гражданства России. 

282
Смотрите также
Новости дня
Подписаться на уведомления