31.01.2014 12:08

Челябинск переводится с тюркского как поэт, философ

Рейтинг: 0
Челябинск переводится с тюркского как поэт, философ

Разве не о ней – культуре - думается каждый день, когда уже по дороге на работу ты сотню раз испытаешь на себе её отсутствие? Она – в большом и малом, близко и далеко, везде заметна: если она есть – радует и помогает жить, если нет – огорчает, мешает, тревожит, печалит, раздражает.

Почему так легко идти по центральным улицам Санкт-Петербурга? Потому что глаз всегда любуется, а душа – наслаждается. Здесь – музей под открытым небом, любовь к нему видна и в малой малости, и в большом, вблизи и на расстоянии. Здесь каждый уголок я могу сфотографировать или сфотографироваться на его фоне, потому что хочу увезти его с собой на память. И память эта будет меня греть ещё долго, и звать снова и снова приехать. Почему этот город отстояли ценой стольких жизней в годы блокады? Да потому, что не смогли допустить и мысли, что можно отдать всю эту красоту и величие на поругание кому-либо.

Почему русская земля – святая? Да потому что вся полита кровью её защитников.

Почему город на Неве носит имя Санкт-Петербург? Да потому что «санкт» – святой. И чувствуешь себя в нём в любую слякоть, непогоду или редкий солнечный день – счастливым человеком. Это я говорю о себе. Идёшь по городу и пьёшь глазами то, что дарится тебе. Вот в электричке метро – большой портрет Льва Николаевича Толстого и подпись под ним: «Чтобы поверить в добро, нужно самому начать делать его»… Меня, читателя, приподнимают над бытовыми, может быть, сиюминутными и суетливыми мыслями и направляют их в другое русло.

И я за это благодарна городу.

Таких примеров множество, и как же хочется перенести их в город родной! К кому прийти и попросить, к примеру, чтобы не мучили деревья? Да их же запилили все до кочерыжек на главных и неглавных улицах, за год они не стали краше – на них выросли новые, несоразмерно толстые ветви и обломились под тяжестью собственного веса, повисли плетьми, став немым укором тем, кто их изуродовал. А если бы за ними ухаживали так же бережно и с уважением к деревьям, птицам, людям, тогда бы, как на Васильевском острове, мы любовались ладностью, изящностью дерев, стоящих полукругом и украшающим своим великолепием великолепный город на Неве.

Но культура нашего города пока… другая. У нас – культурная революция. И пострадали от неё наши верные друзья, дарящие свободное дыхание в загазованных зонах, и птицы, садившиеся прежде на их ветвях зимой и летом. И, конечно же, люди, видящие всё это.

Однако, очень хорошо сказала наша землячка в своём стихотворении “Лучше зажечь в темноте свечу, чем обличать тьму” ( Лилия Кулешова), я с ней согласна. И в год культуры можно смело помечтать ещё об одном — о том, чтобы те, от кого многое зависит, обратили внимание на нелепость трактовки слова, от которого образовано имя нашего города и поведут за собой колеблющихся и не верящих в другое — другим путём. А основания для этого есть, они веские.

Можно ли было соглашаться на протяжении всех 275 лет с той варварской трактовкой, что имя города происходит от слова «ведро» или «гнилая яма»? Так могут назвать-обозвать место на земле только враги. А разве враги дают имена городам? Давайте вспомним названия, которые на слуху: Златоуст (слышим «золотые уста»), Миасс («на, пей»), Москва златоглавая, Тбилиси («тёплый источник»), Ярославль (две версии происхождения: по имени князя Ярослава Мудрого; в честь славянского бога Ярилы), Благовещенск, Гусь-Хрустальный… Это наши, русские города, со славными и поэтичными названиями. А вот — Сан-Диего и Сан-Франциско — США, Сан-Ремо — Италия, Сан-Луис — Бразилия, Санкт-Галлен — Швейцария… Имя города начинается со слова «свято»! Как это важно. И это свято.

Правда, есть и крайности. Названия городов предупреждают об опасности – Карабаш, к примеру («чёрная голова»). Но тут уж надо выбирать – селиться в этом месте или нет, тебя предупредили.

О другом переводе слова «челяби» напоминает в своей книге человек, обладающий глубочайшими знаниями, историческими сведениями и огромной любовью к Уралу и городу, где он родился и живёт, цитирую: «Имя этого города – Челябинск – единственного во всей России города с корнем “чел”, то есть “человеческий”, и единственного, чьё имя в переводе с тюркского означает “поэт, философ, мудрец”. Впрочем, это я узнал гораздо позже, а в детстве слышал только такие псевдопереводы, как “ведро”, “гнилая яма”…». Это сказал Кирилл Шишов.

Не начать ли работу над новым имиджем нашего города с этого? Челябинцам можно и нужно гордиться: наш город — единственный в своём роде город в России, напоминающий нам, что человек – это творец, философ и поэт, он может жить в ладу с самим собой и другими, он занят благородными делами – делами на благо людей.

Тема культуры, что река Волга — широка, глубока и без неё никуда. Без культуры. Как без Волги, главной реки России, носящей в древности имя Бога Солнца – Ра.

Сегодня – начало разговора.

Нина Пикулева

детский поэт, лауреат национальной премии имени Льва Толстого
 

430
Популярное
Лента новостей