29.12.2015 07:31

Про бывшего адвоката Шатрова и особенности работы следствия на Южном Урале

Рейтинг: 0
Про бывшего адвоката Шатрова и особенности работы следствия на Южном Урале

Последние дни 2015 года в Челябинской области не обошлись без скандалов вокруг нескольких громких уголовных дел. Причем, в том же деле бывшего вице-губернатора Николая Сандакова известно главным образом, в чем его обвиняют (в получении денег за улучшение имиджа озерского чиновника, что само по себе абсурдно – авт) и что обвиняемого на Новый год решили оставить под арестом. Хотя все основания для ареста исчезли. Но куда интереснее то, что осталось за кадром. Например, лишение адвокатских полномочий некоего Сергея Шатрова. Кто таков, спрашивается?

    
В нескольких громких уголовных делах последних лет, которыми занимались региональные управления ФСБ и Следственного комитета в Челябинской области, этот господин Шатров оставил свой след. Причем, след весьма любопытный.
 
Дело Тарасова
 
 Сити-менеджер Озерска Евгений Тарасов был задержан сотрудниками челябинского УФСБ в 2012 году по делу о хищении бюджетных средств. Его поместили в СИЗО № 7, которое находится под контролем УФСБ по Челябинской области. Интересы Тарасова поначалу в деле представлял адвокат Карабанов, председатель коллегии «ЮУАЦ» (филиал № 3) в Челябинске. Тарасов свою вину тогда не признавал. Но однажды Карабанова не пустили в СИЗО, объявив, что Тарасов отказался от его услуг и взял себе другого адвоката. Этим новым адвокатом оказался Сергей Шатров. И с ним Тарасов заключил досудебное соглашение о сотрудничестве. Тарасов признал свою вину по делу, был осужден. Но довольно быстро вышел по УДО (условно-досрочное освобождение). Тут стоит сказать, что когда человек находится под арестом, он вряд ли может совершить необходимые действия для смены адвоката. Надо же как минимум подписать новый договор. А на каком основании и кто может принести в камеру арестованного такой договор от имени нового адвоката?
 
Дело Москалюка
 
В январе 2013 года сотрудниками челябинского УФСБ был задержан Александр Москалюк. Его также поместили в СИЗО №7. Вину в предъявленном обвинении он отрицал. Интересы Москалюка представляли адвокаты Мангилева и Заманова. Но 24 февраля 2013 года адвокатов внезапно не пустили на встречу с подзащитным, объявив. Что он отказался от их услуг и взял себе другого адвоката. Этим новым адвокатом стал опять Шатров. И с участием этого адвоката Москалюк заключил досудебное соглашение о сотрудничестве, признав свою вину.
 
В дальнейшем Москалюку мера пресечения была изменена, и он сразу перестал контактировать с Шатровым. Более того, написал обращение президенту адвокатской палаты Челябинской области Казакову. В котором прямо указал, что оперативные сотрудники УФСБ оказывали на него давление с целью оговорить ряд должностных лиц. И после очередной такой психологической обработки к нему в следственный изолятор и пришел адвокат Шатров. Который, пишет Москалюк, «ввел меня в заблуждение, а попросту обманул. Он вытупил как внештатный сотрудник правоохранительных органов». Выяснилось также, что Шатров   не ставил в известность о предстоящей встрече с Москалюком родных обвиняемого. Москалюк отдельно обратил внимание на тот факт, что он лично, находясь в СИЗО, не мог заключить с Шатровым соглашение, так как для этого как минимум надо согласовать размер гонорара и порядок его внесения. Из СИЗО оплатить работу адвоката не представляется возможным. До такого уровня сервиса даже подконтрольные ФСБ следственные изоляторы пока не дошли. Москалюк в обращении в адвокатскую палату заявил: «В результате недобросовестных действий адвоката Шатрова я оговорил невинных людей, дал не соответствующие действительности показания». А теперь опасается сотрудников УФСБ. Москалюк требовал принять меры в отношении Шатрова, обращая внимание, что «благодаря его «работе» страдают судьбы многих людей и утрачивается доверие к адвокатской профессии». 
 
Первое лишение полномочий
 
По заявлению адвоката Мангилевой адвокатской палатой Челябинской области в отношении Шатрова было возбуждено дисциплинарное производство. В ходе разбирательства Шатров подтвердил, что без всяких на то оснований, по собственной инициативе заполнил ордер на защиту интересов Москалюка в уголовном деле, указав основанием его выдачи соглашение. И предъявил его в следственном изоляторе для встречи с обвиняемым Москалюком. Фактически права для прохода на режимную территорию у Шатрова в тот момент не было. По сути, этот адвокат представил сотрудникам следственного изолятора подложный документ. В рамках разбирательства было изучено и обращение Москалюка.
 
Решение квалификационной коллегии было ожидаемым - Шатрова лишили полномочий адвоката. В решении отмечалось, что «действия адвоката Шатрова С.В. …противоречат основам этики, нравственным критерия и традициям адвокатуры». И отдельно говорилось: «Квалификационная комиссия не считает нужным обсуждать интересы и цели, которые преследовал адвокат Шатров, заключая безденежное соглашение и работа, по существу, бесплатно. Но сами действия адвоката Шатрова,  которые заключаются в самовольном, без законных оснований посещении обвиняемого Москалюка в следственном изоляторе, у которого уже есть адвокаты-защитники, заключение с нми соглашения по этому же предмету, содержание всего этого втайне от адвокатов не соответствуют основам, стандартам, правилам адвокатской профессии. Такие действия порочат честь и достоинство адвоката и умаляют авторитет адвокатуры». Решение было подписано Шакуровым, председателем квалификационной комиссии областной адвокатской палаты.
 
Тем удивительнее было последовавшее за этим постановление  Советского районного суда Челябинска, которым решение о лишении Шатрова полномочий адвоката отменили. Стоит сказать, что такой поворот событий стал исключением из сложившейся за много лет практики. Причины, по которым судья вынес такое исключительное решение, остались за кадром. Хотя слухов о степени влияния некоторых следователей и сотрудников УФСБ на судей ходит в Челябинске предостаточно. Недавно, например, арестованный по другому громкому делу бывший вице-губернатор Николай Сандаков прямо заявил, что следователи, ведущие его дело, говорят, что фактически управляют решениями судов. И оперативники УФСБ это подтверждают.
 
Дело Цеплухова
 
В феврале 2015 года по очередному уголовному делу был задержан некий Цеплухов. Его интересы изначально представляла адвокат Буйновская. Цеплухов вину в предъявленном обвинении на тот момент отрицал. Его поместили все в то же СИЗО № 7 Челябинска. И вскоре Буйновскую не пустили на встречу с подзащитным. Как читатель уже наверняка догадался, объяснение было стандартно-знакомым. Мол, Цеплухов отказался от услуг Буйновской и взял себе другого адвоката. Вы будете смеяться, но этим новым адвокатом снова оказался Шатров! Данный случай отличается от остальных весьма печальными последствиями. После заключения досудебного соглашения о сотрудничестве (и признания вины) Цеплухов был быстро освобожден из-под стражи. И уже на следующий день он …повесился! Во всяком случае, такова официальная версия причин смерти.
 
Второе лишение полномочий
 
После смерти Цеплухова адвокатская палата Челябинской области вновь рассмотрела на квалификационной коллегии практику работы адвоката Шатрова. И совсем недавно повторно лишила данного господина адвокатских полномочий. Видимо, характер деятельности этого юриста стал уж слишком очевиден.
 
Тут уместно будет напомнить, что в федеральном законе об адвокатской деятельности прямо указано: «Адвокат обязан: честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами».
Можно привести и позиции из Кодекса профессиональной этики адвоката. Где, в частности, говорится, что «адвокат строит свои отношения с другими адвокатами на основе взаимного уважения и соблюдения их профессиональных прав» и «не вправе склонять лицо, пришедшее в адвокатское образование к другому адвокату, к заключению соглашения о предоставлении юридической помощи между собой и этим лицом».
 
Сейчас, по неофициальной информации, в адвокатской среде все чаще Шатрова называют «ФСБ-шным адвокатом». Что под этим подразумевается, не столь важно. Для нас самое интересное заключается в том, каково качество следствия в Челябинской области. Особенно в делах, которыми занимаются сотрудники УФСБ. Поскольку эти дела являются самыми громкими. Но вот вопрос, насколько реальным доказательства по ним. Не секрет, что в уголовных делах, которые доходят до суда, ни о какой состязательности говорить не приходится. 99, 5 % решений судов заканчивается вынесением обвинительных приговоров. Попавший под уголовное обвинение человек, в случае доведения его дела до суда, фактически обречен. Особенность нашей истории  в случае если полномочия Шатрова как адвоката восстановить не удастся, в том, что у следователей в региональном управлении Следственного комитета, а также у ряда лиц в УФСБ по Челябинской области может посыпаться вся система доказательств по громким делам, о котором они уже отрапортовали как о раскрытых. Включая, скажем, дело экс-сенатора Константина Цыбко, в котором единственным доказательством вины бывшего сенатора в получении взятки являются слова Тарасова, бывшего Сити-менеджера Озерска. Иных доказательств в деле нет. А вот опровержений вины Цыбко – вагон. Сам экс-сенатор провел полноценное расследование по данному поводу, о результатах которого мы сообщали - http://lentachel.ru/articles/50464
 
О новых поворотах карьеры бывшего адвоката Шатрова мы расскажем читателям в ближайшем будущем.
 
Отдел расследований
 
 

 

709
Популярное
Лента новостей