22.03.2016 10:15

Комсомольская правда

Рейтинг: 0

На Колумбов в роддомах спрос упал. За Гамлетов родители актеров глотки рвали, подарки акушеркам мешками таскали. Мои папа с мамой покумекали, решили на главного редактора газеты «Правда» записать. На морду  удивительно правдивым вышел. Третьим оказался, вслед за Параджановым и Довлатовым. Потом одного Серёгу посадили, другой  в Америку улетел. Скучное занятие – в очереди подошвы мять. Ум у меня не на ту букву, совесть на две. Шагаю не в ногу, нет у меня такой ноги. Сел на ветку. У нас многие на ней сидят, кто языком, кто ногами болтает. Сверху небо, внизу асфальт. На небе ангелы живут. Асфальт круче. Асфальт–система. Желание имелось, возможностей ноль заявить о себе, почувствовать живущим, весной удивить, трещинам асфальта порадоваться, поверить в первые извилины мозгов. Так бы и сидел, если бы не Михаил Сергеевич. С лица молодой, на тело розовый, соловьи при нем без песен на пенсию подались. Кто в руки пилу ему дал? Спилил Сергеич сук, не поперхнулся. А ствол оказался голым. Разбежались ветки на пятнадцать сторон света. Меня в Сибирь, в командировку от греха подальше.

Авиация в те времена нами не брезговала. В любом виде в салон запускала, к креслу пристегивала и до места проживания доставляла в надлежащем виде. Полиции в помине не было, милиция с мужиками с одной ветки, одной правдой мазаны.

Очнулся в гостинице, в двухместном номере. Сосед дрых без задних ног, передними голову под одеялом мял. Потолок от сушняка корежило. Поднялся, карманы обшарил, сумку ощупал. Пусто-пусто: ни бутылька, ни калабашек. Сосед морду высунул. Стало полегче, вдвоем страдать проще.
 
– Чего желать извольте?
– Правды.
– Тебе повезло, парень, она  перед тобой.
– Мужикам аборты делают?
– Почаще, чем бабам.
– Плохая у тебя правда, от такой сдохнуть – раз плюнуть.
 
Слово за слово, разговорились, сосед из активистов оказался, на таких асфальт держится. И на молоке, и на воде обжигался, губы по-прежнему к теплу тянет.  Пока не утонут, не остановить.
 
– Сосед, в тебе правда имеется?
– Сколько угодно, и срок годности не истек.
– Кто ты по жизни?
– Председатель общества трезвости.
– А касса где?
– Тут она, люди из доверия вышли.
– Как тут? В номере, что ли?
– Камера хранения не лучше людей.
– Слушай, сосед,  как дела со счастьем обстоят?
– Было озеро, в которое никто не вступал. Мы жили, как муж и жена. Оно поило и кормило. Я ухаживал за ним.
– И где  твоеозеро?
– Закатали в асфальт.
– Хочешь, счастливым сделаю?
– Может, и хочу, боязно.
– Давай попробуем?
– На пару не так страшно, черт с тобой.
– Давай кассу общества трезвости пропьем?
– Ты с ума сошел!
– И ты сходи. В памяти этот день сокровищем сиять станет.
Закупили в ресторане при гостинице водки, вина, закуски, самовар заказали. В самый разгар веселья сосед скромно признался:
– Счастье возможно.
 
После встречи со счастьем не пьем, вспоминаем, надышаться не можем. Ельцин запил. Горбачеву за сук Нобелевскую премию выдали. Параджанову в Ереване музей открыли. Довлатов почти классик. Правду обозвали комсомольской, и  успокоились.
 
 
857
Популярное
Лента новостей