Олег Витковский: «Головлев был мозгом приватизационного процесса»

В Челябинске началась подготовка книги о Владимире Головлеве, бывшем руководителе областного комитета по управлению госимуществом, депутате Государственной Думы трех созывов. Его много в чем обвиняли в последние годы жизни, а в итоге убили. Преступление до сих пор не раскрыто. Своими воспоминаниями о погибшем выразили готовность поделиться люди в Москве и Челябинске.
Олег Витковский, руководитель Уральского экономического союза

Сегодня публикуем один из материалов будущей книги. Бывший подчиненный Головлева, а ныне известный в Челябинске предприниматель Олег Витковский рассказал, что пришел в областной комитет по управлению имуществом сознательно. И вообще давно готовился к управленческой работе. Однако со временем выяснилось, что в бизнесе намного интереснее.

- Олег, как в начале 90-х годов попадали на работу в органы приватизации?

- У меня все получилось довольно логично. Я родился в Челябинске. А вот вуз после школы выбрал в другом городе. Учился в Институте водного транспорта в Ленинграде. В какой-то момент перевелся на экономику в том же вузе. Параллельно учился еще и в финансово-экономическом в том же Ленинграде. И уже студентом начал думать, где буду по окончании работать. Примерно в 1990 году мне подсказали, что есть такой Александр Кушнарь (в челябинском филиале Уральского отделения Академии наук). Мы встретились с ним и поговорили. Я был студентом, он начал мне давать определенные задания. Каждые полгода я перед ним отчитывался.

- Экономика не самое популярное, мягко говоря, направление было в то время?

- Это так. Но мне это было интересно. Фактически меня уже тогда начали готовить к управленческой работе, вплоть до уровня мэра города.

- Диплом был у Вас на какую тему?

- О, это интересно. Диплом назывался «Приватизация морского порта». На моей защите присутствовали представители питерского порта! Поскольку уже начинался процесс приватизации. И моя работа для них была, видимо, бесплатной консультацией по важному вопросу. Защитился я, кстати, на «отлично».

- А собственно работа началась…

- Работа началась в 1993 году. Сперва я работал у Кушнаря в челябинском филиале Уральского отделения Академии наук. Потом меня перевели в областной комитет по управлению госимуществом. Должность была – заместитель начальника отдела приватизации. В комитете работали как молодые ребята типа меня, так и опытные аппаратные сотрудники. Моим начальником был Игорь Белехов, начальник отдела приватизации. Но и Головлева я видел часто, практически каждый день. Работали мы, понятно, в разных кабинетах.

- В чем заключалась работа в отделе приватизации?

- Я много ходил по разным инстанциям с поручениями от комитета по госимуществу. Например, был представителем государства на фондовой бирже, где продавали акции предприятий. Приходилось встречаться и с иностранцами – инвесторами, готовыми вкладываться в российский рынок. Из необычных функций – однажды пришлось встречать известных артистов, которые приезжали в Челябинск осенью 1993 года агитировать за избирательный блок «Выбор России».

- Комитет по управлению госимуществом в Челябинской области был влиятельной организацией в период приватизации?

- Да, весьма. Фактически работали три ветви власти – законодательная (областной совет народных депутатов под руководством Сумина), исполнительная (администрация области под руководством Соловьева) и наш комитет по госимуществу. Мы много контактировали с руководителями предприятий. Мне доводилось даже порой примирять трудовые коллективы с директорами. Фактически выступал третейским судьей. Помню, проблемным моментом была скупка коммерсантами площадей в различных НИИ. Совет ректоров вузов по этому поводу обозначил проблему. Мне удалось найти взаимоприемлемое решение. На утро меня вызвал Владимир Головлев и поинтересовался, что же такое я им пообещал, что они вдруг стали такие счастливые?

Работая в комитете по имуществу, я также много выступал по телевидению, разъяснял происходящие в стране приватизационные процессы.

- Что можете сказать про Головлева?

- Он всегда казался нам, сотрудникам комитета, мозгом всего приватизационного процесса. Ни у кого из нас не было тогда нормированного рабочего дня. Очень много документов поступало на подпись. Иногда приходили обиженные акционеры. Например, из ювелирного магазина «Алмаз». Руководители магазина хотели забрать себе 98% акций, а коллективу оставить только 2%! Я объяснял, что по закону такое невозможно, заставлял переделывать план приватизации в соответствии с законодательством.

- Это была больше рядовая работа исполнителя?

- С одной стороны, да. С другой, мне довелось однажды возглавлять делегацию комитета по проверке действий мэра Южноуральска.

- Претензии к Вашей работе были?

- Нет, меня никогда не ругали. Пожалуй, единственное исключение было – это когда директор одного завода из Миасса пришел ко мне и в буквальном смысле вывалил на стол деньги с просьбой: «Купи мне на них ваучеров». И сразу ушел. Это случилось в присутствии других сотрудников комитета. И я и коллеги мои были в шоке. Но это не было проявлением коррупции. Просто возникло недопонимание со стороны директора сути происходящих процессов и законодательных ограничений.

- Ваши действия?

- Я убрал деньги в сейф. А потом вернул директору с объяснением, что как госслужащий не могу действовать в интересах частных предприятий.

- Работать в комитете по имуществу было интересно?

- Да, работать было интересно и ответственно. И я быстро рос с точки зрения профессионального уровня в такой обстановке. Ежедневные мероприятия, встречи различные.

- Быстрый профессиональный рост – результат большого объема практики?

- Да, но не только. Меня, например, однажды послали в США учиться. Правда, получилось так, что в итоге поехал другой сотрудник, дипломированный специалист по недвижимости.

- Головлева силовики и политические оппоненты упрекали позднее в неких незаконных действиях. Потом возникло уголовное дело по факту прокрутки 22 миллиардов неденоминированных рублей на счете в банке. Потом стали говорить про хищения чуть ли не триллионов рублей и личную ответственность за это Головлева.

- Ничего незаконного я не видел. Мы в своей работе руководствовались указами президента и федеральными законами. Кстати, тогда даже мысли не было, что кто-то потом будет недоволен нашими действиями. Мы же делали все правильно, во благо экономике области.

- Когда Головлев первый раз избрался депутатом, что изменилось в работе комитета?

- Галина Желтикова, до этого работавшая заместителем Головлева, человек совершенно иного склада. При ней в комитете по имуществу изменилось очень многое. Но сперва по итогам выборов в депутаты Госдумы мне предложили стать помощником депутата. Я отказался. Мне ответили, что от таких предложений не отказываются. Но я был и остаюсь патриотом Челябинска. Поэтому остался работать здесь.

- Как работалось при Желтиковой?

- Мне дали контрольно-ревизионный отдел. Приходилось разруливать некоторые ситуации. Но в определенный момент меня позвал к себе на работу Вячеслав Григорьевич Назарец, руководитель Челябинвестбанка. И я принял это предложение. Исполнял функции заместителя управляющего Хмельницкого филиала. Я знал практически все предприятия области. И эти контакты помогли, я думаю, банку. В короткий период многие предприятия Металлургического района Челябинска перешли на обслуживание в Хмельницкий филиал Челябинвестбанка. Со временем я ушел в бизнес.

- Головлев периода депутатства в Госдуме был уже другим человеком?

- Внешне выглядел так же, как в бытность работы в Челябинске. Такой же растрепанный, в свитере, с засаленными волосами. Резко контрастировал с другими депутатами Госдумы в этом смысле. Я приезжал к нему в Госдуму, мы пообщались. Он был уже политиком федерального уровня.

- Как считаете, много ли было реальных нарушений закона в процессе приватизации со стороны комитета по управлению госимуществом?

- На мой взгляд, в целом нормально проходила приватизация у нас в регионе, законно, в рамках федеральных процедур. Можно вспомнить, что в те годы Челябинская область была в первой пятерке в России по темпам экономического роста. Чего не скажешь про последующий период. С губернатором Суминым наша область очень много потеряла. При Юревиче потом немного пожили в нормальных условиях. Но при Дубровском снова возникло торможение. В результате нас многие регионы обошли по экономическому росту. Челябинская область закрылась от инвесторов.

- Как думаете, почему Головлева убили?

- Ну он же грозился рассказать что-то про известных персон. Не знаю, что именно.

- А у Вас все сложилось, кажется, неплохо?

- Да. Поработав в банке, я занялся предпринимательством. Много чем пришлось торговать в 90-х. В итоге купил небольшой магазинчик, с которого началась сеть магазинов «Маркер игрушка» (работает теперь в нескольких городах страны). Кроме того возглавляю общественную организацию «Уральский экономический союз», налаживаю деловые связи челябинских предпринимателей с иностранными инвесторами.

- Как думаете, если бы не Головлев, а кто-то другой возглавлял комитет по управлению госимуществом, что было бы?

- Трудно сказать. Наверное, все было бы по-другому.

Подпишись на нас в Google News
Поделиться
Отправить
Отправить
31 июля 2019

Новости партнеров

Лента новостей
Читать все

Нашли опечатку?