+13°
Сообщить новость

Судья арбитражного суда Оренбургской области превысила свои полномочия в деле о банкротстве?

30.08.2019 14:17

2 сентября в арбитражном суде Оренбургской области состоится очередное заседание в рамках рассмотрения дела о банкротстве ООО «Витера» (Оренбург). Решается вопрос о завершении конкурсного производства. Конкурсным управляющим является челябинский специалист Денис Медведев.

Поделиться
Отправить
Отправить
Рубрика: Экономика
Арбитражный суд Оренбургской области. Фото из открытых источников Арбитражный суд Оренбургской области. Фото из открытых источников

Это дело оказалось по-своему любопытно, особенно на фоне активизировавшейся полемики о том, что судьи должны выносить решения объективно и беспристрастно. Хотя о чем тут, казалось бы, спорить?

Компания «Витера», насколько можно судить, работала на рынке лекарственных препаратов. В течение 2018 года дела у предприятия шли все хуже, в том числе были потеряны госконтракты. В итоге расходы превысили доходы, и появился иск о банкротстве.

Предыдущее заседание по этому делу прошло в июле (дело №А47-12872/2018) и получилось фактически разбито на две части. В процессе участвовали тогда представитель конкурсного управляющего должника (Медведев Е.Г.), и представитель конкурсного кредитора ООО «Фармактивы капитал» (Мелентьев А.В.).

Кстати, в этом деле не только стороной является конкурсный управляющий из Челябинска. Упоминаются также известные челябинские компании, включая «Областной аптечный склад».

Незадолго до судебного заседания в арбитражный суд поступил уточненный отчет конкурсного управляющего с приложением первичных документов. 10 июля судья Кузахметова сообщила, что есть, однако, ряд вопросов, требующих разрешения. Например, дебиторская задолженность предприятия составляла в прошлом году более 50 миллионов рублей. Куда делись эти деньги?

Представитель конкурсного управляющего пояснил, что эта задолженность закрывалась взаимозачетами в 2018 году. Но не все долги погашались из-за нехватки средств. И в октябре в суд поступило заявление о банкротстве от компании «Риф», остаток незакрытого долга перед которой на тот момент составлял несколько более 400 тысяч рублей. Что интересно, перед компанией «Фармактивы капитал» долг оставался намного больше - 2, 7 миллиона рублей. Но инициатором банкротства выступила не она. Хотя сейчас именно данная компания из Москвы и заявляет, что ее необоснованно обделили при расчетах.

Согласно отчету конкурсного управляющего, расчеты с кредиторами велись, исходя из реально имеющихся активов предприятия. Большая часть долгов была погашена, но часть долгов осталась незакрытой. Представитель конкурсного управляющего при этом на заседании суда 10 июля отметил, что сделки предприятия в 2018 году тщательно анализировались. Оснований оспаривать их конкурсный управляющий не нашел.

Судья отметила, что ликвидация предприятия началась параллельно с тем, как было подано заявление о банкротстве. И заявила, что у нее есть вопросы к ликвидатору.

Представитель «Фармактивы капитал» Мелентьев возражал против того, что именно с его предприятием конкурсный управляющий расчет отложил на последний момент. И в итоге средств на это просто не хватило.

Как в такой ситуации должен поступать судья? Наверное, исходить прежде всего из положений закона. А законом вообще-то не определен порядок расчетов с коммерческими кредиторами. В данной ситуации кому-то так или иначе средств бы не хватило.

12 июля заседание суда продолжилось. И тут началось удивительное. Фактически судья и представитель компании «Фармактивы капитал» стали демонстрировать редкое единодушие. Представитель кредитора заявил, что хотел бы продлить конкурсное производство, поскольку с ним расчеты не произведены. И начал утверждать, что конкурсный управляющий бездействовал. Фактов в подтверждение этого тезиса не было приведено.

Тут стоит сказать, чем чревато для управляющего бездействие. Если этот факт будет доказан в суде, то кредитор (в данном случае «Фармактивы капитал») взыщет свои деньги (в нашем случае это 2,7 миллиона рублей) именно с конкурсного управляющего. Если у управляющего таких средств не окажется, за него заплатит страховая компания (деятельность арбитражных управляющих страхуется – такова обычная практика). То есть кредитор так или иначе получит деньги. А вот конкурсному управляющему при таком повороте событий не позавидуешь – он лишится работы в данной сфере навсегда.

Насколько можно судить, именно в этом направлении решил двигаться представитель кредитора. Это его право, поскольку он борется за свои деньги.

А вот что касается действий судьи, тут уместно напомнить кодекс судейской этики. который гласит: «Судья при рассмотрении дела обязан придерживаться независимой и беспристрастной позиции в отношении всех участников процесса. Судья должен осуществлять судейские полномочия, исходя исключительно из оценки фактических и правовых обстоятельств дела, в соответствии с внутренним убеждением, уважая процессуальные права всех участвующих в деле лиц, независимо от какого-либо постороннего воздействия, давления, угроз или иного прямого или косвенного вмешательства в процесс рассмотрения дела, с какой бы стороны оно не оказывалось и какими бы мотивами и целями не было вызвано.»

В нашей истории получилось не совсем так, как указано в кодексе судейской этики. По оценке аудиозаписи судебного заседания привлеченного нашей редакцией юриста, 12 июля в ходе продолжения заседания судья фактически стала подсказывать кредитору, какие действия ему надо совершить, как бы направляла его. То есть судья фактически наделила себя функциями одного из лиц, участвующих в деле. Эта аудиозапись (копия есть в распоряжении редакции) свидетельствует: судья неоднократно в ходе заседания делала фактически подсказки кредитору. В том числе о приоритетности погашения кредиторской задолженности и о гашении задолженности другим кредиторам.

Кроме того, судья, а не кредитор стала говорить о необходимости назначения экспертизы. А в какой-то момент судья Кузахметова даже поставила вопрос о подаче жалобы кредитора в отношении управляющего. И заявила о якобы неисполнении управляющим своих обязанностей, а также о вопросах, которые есть к ликвидатору и руководителю должника.

Судья, например, обратила внимание на тот факт, что на счет компании в период до начала процесса банкротства поступали миллионные средства, однако «Витера» не погасила при этом долг на 400 тысяч рублей компании «Риф». Которая в дальнейшем и выступила инициатором банкротства. По этому поводу представитель конкурсного управляющего напомнил суду, что кредиторов у компании было много. И даже рассчитавшись с большинством из них, «Витера» по итогам 2018 года оказалась в убытках на 3 миллиона рублей.

И повторил, что проведенный анализ документов не дал оснований оспаривать те или иные сделки предприятия. Этот ответ судью Кузахметову не устроил. Хотя конкретных претензий она не предъявила по поводу представленных дополнительных документов. Разве что упомянула фармкомпанию из Краснодара, которой «Витера» заплатила 6 миллионов рублей. Однако указанная компания была в числе кредиторов. И не совсем ясно, что вызвало в части этой сделки вопросы судьи.

Заседание суда 12 июля вышло весьма напряженным. Судья Кузахметова заявила о необходимости созыва собрания кредиторов по инициативе кредитора, участвующего в процессе. Более того, прямо предложила кредитору заявить ходатайство о проведении экспертизы представленных документов, чтобы получить таким образом формальный повод для продления конкурсного производства. Более того, судья продиктовала кредитору вопросы к эксперту: есть ли признаки преднамеренного банкротства, есть ли подлежащие оспариванию сделки. А когда кредитор не догадался записать вопросы для экспертизы, судья прямо заявила, что вместе с кредитором сформулирует вопросы к эксперту.

Судья в процессе также объяснила кредитору особенности привлечения к субсидиарной ответственности. Одна инструкция стороне спора в данном случае звучала за другой. В итоге судья Кузахметова решила отложить судебное заседание более, чем на полтора месяца, чтобы кредитор успел подготовить новые ходатайства и заявления. Характерно, что судья приняла решение отложить судебное заседание по устному ходатайству кредитора, которое судья буквально вытягивала из кредитора. При этом письменного ходатайства об отложении дела кредитор так и не заявил.

Представитель кредитора «Фармактивы капитал» Мелентьев на этом заседании суда заявил, что конкурсный управляющий не выполнил якобы своих обязанностей по проверке сделок, совершенных в 2018 году предприятием «Витера». Уточнений, какие именно сделки вызывают вопросы, не прозвучало.

На вопрос представителя конкурсного управляющего, что же именно не было управляющим сделано, по мнению кредитора, последовал ответ про то, что не было отчета. Тут же выяснилось, что отчет на самом деле был.

Мелентьев тогда уточнил, что имел в виду новый отчет, представленный к судебному заседанию. На это представитель управляющего ответил, что все отчеты представлялись кредиторам в установленные законом сроки. А новый отчет фактически был предоставлен к июльскому судебному заседанию для удобства суда. Отдельно уведомлять кредитора и предоставлять ему уточненный отчет - у конкурсного управляющего просто нет таких обязанностей по закону.

Судья Кузахметова открыто демонстрировала 12 июля свою досаду на ликвидатора должника, который, по мнению судьи, обманул ее. Поскольку говорил, как она вспоминала, о плачевном состоянии организации. Однако очевидно, что если предприятие банкротится, его состояние и в самом деле плачевно. В делах о банкротстве очень часто бывает так, что кому-то из кредиторов в итоге не хватило средств. Собственно, иначе бы и не было повода для возбуждения дела о банкротстве.

Особенно удивительным было то, что на заседании 12 июля судья стала диктовать участникам судебного заседания (кредитору и управляющему), чтобы они договорились о мировом соглашении! Абсурдно само предположение о возможности оформления мирового соглашения между кредитором и управляющим. Законом такое в принципе не предусмотрено. Мировое соглашение может быть между кредитором и должником. Но такого решения собрание кредиторов, насколько можно судить, не принимало.

Что же все-таки произошло в перерыве между двумя июльскими заседаниями суда? Не случилось ли в этот период некоего важного неформального соглашения кредитора с судьей в процессе? Кто знает…

Поделиться
Отправить
Отправить
Популярное
Лента новостей

Нашли опечатку?