«Люди думали, что с ними поговорят и отпустят, а им пулю в затылок»: челябинцы прошли по «силовому» кварталух

Небо застилают тучи, ветер дышит в лицо холодным дыханием. Возле администрации Центрального района Челябинска стоят 20 людей разного возраста. Они собрались, чтобы вспомнить или же впервые узнать о времени репрессий.
«Люди думали, что с ними поговорят и отпустят, а им пулю в затылок»: челябинцы прошли по «силовому» кварталух
Прогулка с Юрием Латышевым по местам политических репрессий в Челябинске

Необычную прогулку организовал краевед Юрий Латышев. Проводит он ее не в первый раз, но дата остается практически неизменной – накануне дня памяти жертв политических репрессий.

В 1923 году, когда возникло объединенное главное политическое управление, в СССР было пять политизоляторов: в Челябинске, Верхнеуральске, Суздале, Тобольске и Ярославле. Наш изолятор просуществовал до 1934 года. Он есть и сейчас – это СИЗО-1.

– В марте 1937 года Ежов в стенограмме рассказывал, что в политизоляторах жили слишком хорошо. Допустим, некий Смирнов отбывал наказание вместе со своей женой, у них была отдельная камера, они могли покупать продукты. И в августе того же года вышло постановление, которое обязало по всей стране репрессировать около тысячи человек. План перевыполнили в Челябинской области – расстреляли 12 тысяч человек, – рассказывает ведущий прогулки Юрий Латышев.

Самого краеведа, как и почти всех собравшихся, тема репрессий затронула лично.

– Я часто хожу на подобные экскурсии. Папа у меня был историк. Сама интересуюсь краеведением. Да и мужа своего приобщила, когда мероприятие выпадает на выходной, обязательно вместе ходим. Эта экскурсия для меня важна, потому что у меня дедушка был репрессирован, и я знаю об этом не понаслышке, – рассказывает Ирина, 62 года.

Люди передвигаются по «силовому» кварталу вслед за краеведом в тишине. Атмосфера тысячи смертей былых лет давит. Совершенно неожиданно мы оказываемся у самой яркой точки прогулки – здания, в котором располагалась расстрельная комната НКВД. Сейчас оно известно как главное управление МВД России по Челябинской области.

– В этом здании находилось НКВД, потом КГБ. И в 1937 году как раз здесь находилась расстрельная комната. Внутри занавески висели, люди думали, что с ними поговорят и отпустят. Но им пускали пулю в затылок и вывозили на Золотую гору, – рассказывает экскурсовод.

Золотой горой называют бывшие шахты. В начале 30-х годов там был тир НКВД. В 1937 году, когда начались репрессии, сначала расстреливали и хоронили на Митрофановском кладбище, но потом из-за холодов стали убивать и закапывать на Золотой горе. Ведь выдолбить в замерзшей земле до нескольких сотен могил в день было просто нереально.

– В 1998 году раскопали одну из 11 шахт на несколько метров, и нашли останки нескольких сотен человек. В 1998 году строили коттеджи и обнаружили еще захоронения: слой известки, кости и черепа с пулевыми отверстиями, еще слой известки и опять кости. Мне рассказывал об этом бывший заместитель начальника управления экологии Овсяницкий, есть публикации в газетах. Но тогда всем было все равно, дело замяли, – рассказывает Латышев.

На лицах собравшихся проступает не то удивление, не то ужас. Людей хоронили как попало. Страшно и жутко. Один из мужчин спрашивает, нельзя ли посмотреть на расстрельную комнату сейчас.

– С 1992 по 1998 раз в год разрешали родственникам туда зайти и посмотреть. Потом запретили. А сейчас вообще времена у нас такие, что не пустят туда никого, – отвечает ведущий.

Так и остается это здание вполне обычным для большинства челябинцев. Многие и не догадываются, что некогда здесь расстреливали сотни человек и вывозили тела потом на кладбище или на шахты.

– Здесь в 1995 году открыли мемориальную доску. В начале 2000-х снесли верхнюю часть здания, замурованная комната осталась, а доска исчезла. Управление МВД разместило другую доску, но она краткая, как отписка какая-то, да и размещена во дворе, далеко не все могут увидеть, – замечает краевед.

После исторической прогулки по «силовому» кварталу один из участников сказал, что на Алом поле в тот же вечер будут зачитывать имена политзаключенных.

О репрессированных нынче мало говорят в школе и в других образовательных учреждениях. Но следует знать нашу историю, чтобы впредь не допустить подобных ситуаций: всего за два месяца в Челябинске было расстреляно пять тысяч человек. Насколько можно судить, они не совершили никаких преступлений.

Фото автора

31 октября 2019

Новости партнеров

Нашли опечатку?