Челябинск с архитектурной точки зрения выглядит достойно

Как лучше всего изучать историю родного города? Челябинский издатель и краевед Влад Феркель придумал уже несколько способов. Самый свежий – это с помощью архитектурных особенностей Челябинска. Оказывается, такие есть.
Челябинск с архитектурной точки зрения выглядит достойно
Органный зал «Родина» в Челябинске

Начнем с того, что в российских школах родной край обычно фактически не изучают вовсе. Школьные программы включают в себя изучение биологии, географии, истории применительно к стране и миру. Но то место, где человек родился, изучают в лучшем случае в ходе факультатива. Между тем изучение родного края – самое естественное для любого человека, который учится и хочет познать окружающий мир. Первая ступень знания – это то, что видишь своими глазами и слышишь своими ушами в том месте, где родился и живешь.

Ранее мы рассказывали о том, как Влад Феркель со товарищи сделал девять книг мемориальных досок Челябинска. Это, без преувеличения, уникальный проект. Который, кстати, был реализован без малейшей поддержки бюджета города и области. Потом у Феркеля был проект по памятникам. А дальше неутомимый исследователь двинулся из Челябинска в сторону Миасса через Копейск.

Новый проект Феркеля снова посвящен изучению Челябинска. На сей раз речь идет об архитектурных особенностях столицы Южного Урала. Наверняка многие из челябинцев даже не подозревают, что такие особенности есть. Мы привыкли думать, что в родном городе не за что толком глазу зацепиться, нечего изучать и нечего показать гостям города. Между тем это ошибочная точка зрения.

- Влад, как я понял, суть твоего проекта – архитектурный ликбез. Кто аудитория проекта, для кого это все предназначено?

- Книжка, которую мы делаем, в первую очередь для себя. Всякий ликбез начинается с себя. Профессионалы от архитектуры все знают, но никому ничего доброго не расскажут. Потому что если и попытаются, то будут объяснять специфическим языком с обилием терминов. Так что их просто не поймут.

Архитектура – неотъемлемая часть истории. Та же площадь Революции – специалисты говорят, что комплекс площади не сложился, он, дескать, эклектичен. А на мой взгляд, архитектурный комплекс площади Революции – своего рода музей под открытым небом. Там есть остатки дореволюционной архитектуры (Народный дом, в котором сейчас находится Театр юного зрителя). Есть остатки модерна, есть конструктивизм, есть советский неоклассицизм. А еще есть здание, свидетельствующее об эпохе борьбы с архитектурными излишествами. Имеется в виду дом, который недавно покрасили в розовый цвет, что вызвало скандал.

Возле драмтеатра видим объекты более позднего времени. То есть пройдя по площади Революции, ты можешь получить общее представление об архитектуре города.

Мы с Еленой Меньшениной задумали взяться за изучение архитектуры Челябинска периода 30-50-х годов ХХ века. Идея была ее, а я подключился и прихватил с собой еще Игоря Стоякина.

- Меньшенина архитектор?

- Нет, она филолог. И мой давний соавтор по многим книжкам по истории родного города.

В теме, за которую мы взялись, есть несколько переходных этапов. Скажем, конструктивизм – это прежде всего Тракторозаводский район Челябинска.

Сперва в советские времена речь шла о минимальном украшении домов. Потом пришло время вычурно-имперского стиля сталинского периода. Советский неоклассицизм – так, видимо, будет правильно назвать этот стиль. А еще позднее началась так называемая борьба с архитектурными излишествами. Деньги надо было экономить и перераспределять на строительство жилья, поскольку людям жить негде.

- С чего начался проект архитектурного ликбеза?

- Начали мы с того, что просто пошли по городу и стали фотографировать дома вместе с их деталями. Проект так и называется «Челябинск в деталях: архитектура 30-50-х годов». Детали же определяют оригинальность здания. Интересные здания обнаружились, к слову, в каждом районе города. Всего мы насчитали около 150 зданий. Состояние разное. Большинство, увы, потеряло первоначальный облик.

К слову, я стал тихо ненавидеть всякое озеленение. Хотя вообще-то люблю зелень. Но когда архитектор проектирует, он же вряд ли думает о том, что высаженное рядом со зданием деревце через 30 лет полностью закроет этот дом. И то, что задумывал архитектор, уже не будет видно. А спилить дерево нельзя. Оно числится на балансе «Горзеленстроя». За незаконный снос дерева полагается штраф.

- Все районы города уже таким образом обошли?

- Пока шесть районов из семи сделали. Отснят уже практически весь город. Мы не ставили перед собой задачу отснять вообще все дома того периода. Выбирали наиболее интересные, наиболее характерные. Самыми пышными оказались в этом смысле, конечно, Центральный и Советский районы. Металлургический район, безусловно, особенный. В Ленинском районе много чего нашлось.

Но в целом во всех районах города есть что посмотреть с точки зрения поставленной нами задачи.

- Значит, большинство зданий находятся в плохом состоянии?

- Я бы сказал, в отвратительном. Мы это называем покраской заборов. Получилось так, что мы большую часть зданий отсняли – и тут началась подготовка к саммитам ШОС и БРИКС. И многие старые здания начали красить ребята из Средней Азии.

Я иногда сравниваю, как выглядят эти покрашенные здания, с тем, как мы их обработали в фотошопе. Наш вариант покультурнее смотрится.

- Как вообще выглядят здания 1930-1950-х годов на фоне современного города? Все-таки многое с тех пор изменилось.

- Интересно оценить, как вписывали здания интересующего нас периода в окрестный пейзаж. Чаще всего очень грамотно это делалось. Например, здание на улице Елькина, где была совпартшкола, потом обком комсомола, а сейчас суд Советского района. Само здание архитектора Серебровского – очень необычное.

Но никто же не смотрит в деталях, челябинцы головы не поднимают, просто бегут мимо по своим делам. А иногда здания могут еще завешать гирляндами, рекламными щитами и прочим. Облик постройки от этого, конечно, теряется.

Чтобы понять, каким наследием мы располагаем, можно взять для примера два ДК по одному проекту Барташевича: ДК завода имени Колющенко и ДК ЧТПЗ. Это типовые здания, но все же отличия у них есть. Особенно если смотреть на одно и то же здание с разных ракурсов – совершенно по-разному видишь объект.

Еще удивительный ДК металлургов. Таких Дворцов культуры в СССР было шесть штук – проект типовой. В то же время у каждого здания есть свои отличия. Наш ДК металлургов очень удачно вписан в окрестный пейзаж. Благо в этом месте было просторно.

- В СССР все здания были типовыми?

- Да, пожалуй. Однако у них есть свои особенности почти у каждого. Взять тот же театр оперы и балета в Челябинске. Похожий есть еще в Волгограде. Но для жителей Челябинска этот объект – единственный в своем роде. И при ближайшем рассмотрении обнаруживаются уникальные отличия. Например, в Челябинске только на одном здании есть мутулы.

- Что это такое?

- В Лего же дети играют? Вот эти пластинки с пупырышками – вообще-то греческий архитектурный элемент под названием мутулы. В Челябинске такой элемент есть на здании «Челябэнерго» в самом центре города.

Эти необычные элементы расположены на верху здания, под фронтоном. На них никто, понятно, внимания обычно не обращает. Но здание очень достойное, заслуживающее того, чтобы его изучали. Архитектор здания опять же Серебровский.

Или для примера рассмотрим жилой дом напротив кинотеатра имени Пушкина, в котором расположен большой продуктовый магазин. Там применена очень интересная техника – двойной штукатурки - сграффито. Она выполняется разным цветом. И потом один слой виден сквозь другой. Изображение самого Пушкина на кинотеатре его имени тоже, кстати, выполнено с применением этой же техники. Черный Пушкин на сером фоне. Это очень интересно!

- Когда был построен кинотеатр имени Пушкина?

- В 1937 году, в разгар сталинского правления. Построили двухэтажное здание с подвалом, выполненное в стиле конструктивизма. Изначально проект уже был необычным: двухзальный кинотеатр. Причем, интересное расположение залов получилось. Один находится над фойе, а второй как бы за фойе. На колоннах есть интересные оформительские элементы. Хотя это же 30-е годы…

Или взять кинотеатр «Родина», один из ярких примеров советского неоклассицизма. Архитектор Гофрат взял типовой проект и сделал достаточно интересный объект. Который, кстати, сохранил свой исторический облик после реконструкции, когда кинотеатр переделывали в органный зал.

С «Родиной» можно еще сравнить здание на пересечении проспекта Ленина и улицы Цвиллинга, в котором раньше размещался магазин «Ритм».

Эти два здания по архитектурной пышности доведены, можно сказать, до предела.

- Архитекторы проявляли свою индивидуальность в рамках типовых проектов?

- Можно сказать и так. Важно, что они очень удачно вписывали эти типовые проекты в окружающее пространство. В центре Челябинска есть гостиница «Южный Урал». Еще довоенной поры здание, пример конструктивизма. Но в нем уже появились колонны какие-то. Важно, что все вместе эти объекты создают определенное понимание истории своего города. Если умеешь правильно смотреть и как бы читать историю по этим зданиям.

- Но одно дело, какими эти здания были построены, и совсем другое, как они выглядят теперь.

- Конечно, к сегодняшнему дню облик этих зданий сильно изуродован. Проводами, столбами, рекламными щитами, кондиционерами. Понятно, что нужны деньги и определенные усилия, чтобы привести исторические здания в порядок. Но когда мы говорим, что в Челябинске посмотреть не на что, что город грязный, можно сказать, что это результат нашего общего равнодушия к историческому наследию, которым мы пока еще располагаем. И в наших силах эти здания привести в порядок, сделать лицом города.

Знакомый приехал недавно из Польши, показывает фотографии. Да, там красиво. Однако это все эти здания - в основном XIX век. А в ХХ веке поляки ничего особенного не построили. Так что у нас в этом смысле как минимум не хуже исторический задел. Главное – не угробить эти здания окончательно.

Отдельного внимания заслуживает старое здание аэропорта в Челябинске. Его же хотели сносить. А оно едва ли не единственное сохранившееся здание аэропорта в России, построенное по этому проекту.

- Центр Челябинска напоминает Петербург. Но и центр Хельсинки построен похожим на Петербург. Однако какое разное отношение к историческому наследию в Челябинске (да и в России в целом) и в той же Финляндии.

- Когда я побывал в Валенсии, понял, что Петербург строили похожим на Испанию. А когда я съездил в Венецию, понял, что Петербург – вообще жалкая подделка. Не в обиду петербуржцам будь сказано. С другой стороны, Петербург все же очень хорош. В конце концов и копия может быть качественной.

- Значит, вы с соавтором Меньшениной решили сохранить историческое наследие Челябинска хотя бы в фотографиях?

- Да. Технология такая: берем какое-то здание, отснимаем общий его вид, яркие детали, подписываем, как они все называются. Есть и архитектурный словарь. Вообще была идея сделать архитектурный словарь на местной почве. Что такое фронтон, а что такое те же мутулы, а что такое капитель? Это становится очень интересно. Но есть проблема с тем, что в разных архитектурных словарях один и те же детали могут называть по-разному.

Кстати, в ходе этой нашей работы доходит порой до смешного. Иногда сфотографируешь замызганное, облезлое здание периода 30-50-х годов.

В фотошопе его очистишь от грязи, покрасишь. Потом показываешь фото человеку, который в этом здании работает. И он приходит в восхищение.

Он, оказывается, даже не замечал красоту объекта, в котором трудится! Хотя ходит туда каждый день.

- Как сделать так, чтобы челябинцы научились смотреть правильно на исторические здания? Это же действительно очень интересно, очень важно.

- К сожалению, опыт показывает, что большинству населения это, увы, не нужно. Может быть, когда-нибудь придет понимание. А может быть, и не придет.

Новости партнеров

Нашли опечатку?